Измена. Верну тебя, жена (СИ)

У него ведь и груди-то нет…

И тогда я стала представлять себя с новым мужчиной.

В ход пошли все: дальние знакомые, актеры, спортсмены… но их постоянно затмевал собой Захар. А когда я упорно думала о другом, возникало ощущение, что вот этот актер боевика, нахал проклятый, явился, чтобы нагло домогаться меня против моей воли. Хотя я сама же его и нафантазировала. В душе поднимался протест и брезгливость.

— Где же папа?!

Уф…

Который час?

После горячего напористого языка мужа я забыла обо всем. Мой телефон остался лежать на тумбочке в спальне.

Никогда бы не подумала, что мне понравятся оральные ласки. Раньше я стеснялась их. Казалось, что между моих ног недостаточно красиво, чтобы Суворов опускался туда лицом. Но я даже не вспомнила об этих предрассудках. И самая порочная сторона моей души хотела бы повторить…

— Эй! Мама! Папа!

Я вздрагиваю и спешу растолкать Захара.

— Вставай скорее, Аленка нас рассекретила…

— М? — он сонно приоткрывает глаз.

— Одевайся!

Состояние после сна еще немного мутное.

Захар, несмотря на вчерашнюю попойку, выглядит так, будто даже пробку не нюхал. Он тоже натягивает на себя вещи.

— И что мы скажем Алене? — нервно спрашиваю я.

Захар хмурится.

— Ты так трясешься, будто левого мужика в дом притащила. Успокойся. Она моя дочь.

И правда…

Но за столько месяцев я успела отвыкнуть от присутствия мужчины в коттедже.

Суворов открывает дверь.

Встречаемся с Аленкой возле входа в мансарду.

Если бы я не услышала ее голосок, она бы точно застукала нас в постели.

— Папа, привет! — приятно удивившись, пищит дочь. — Что ты делаешь в мансарде?

Наклонившись, Захар подхватывает Алену за подмышки и поднимает на руки.

— Там крыша в углу подтекала, мама попросила починить.

— Ого, — трется щечкой по его колючей щетине, — ты супермен!

— Аленка! — с лестницы раздается голос Риты. — Ты куда убежала? — но когда Рита видит Захара, стопорится. — Ой… Доброе утро, Захар Олегович.

— Здравствуй, Ритка.

— Алена увидела вашу машину из окна спальни. Обрадовалась очень."

"— Папа чинил крышу! — гордо заявляет Алена.

Однако по моему лицу няня могла догадаться, что с утра пораньше Суворов здесь отнюдь не ремонтом занимался.

— Пойдем, малышка, нужно собираться в садик, — тактично говорит Рита.

— Нет! — хмурит бровки прямо как папа.

— Алена, — подключается Захар, опуская ее на пол, — тебе нужно в садик.

— Не хочу-у-у, — надувает губки.