Измена. Верну тебя, жена (СИ)

И я после этого еще смею сидеть тут, жалеть себя и напиваться, потому что «я устал, я тоже человек»?

Урод я, который должен быть благодарен уже за то, что Лиля вообще со мной после всего разговаривает.

Крепко обхватываю запястья Насти и отталкиваю ее от себя.

— Захар…

— Захар Олегович, — грубо поправляю и добавляю: — Уволена.

— Пожалуйста, не прогоняйте меня! Я многое могу в постели… Я не разочарую вас…

Я морщусь. Потом на секунду представляю Настю голой на этом столе, и меня передергивает от отвращения к ней и себе прошлому.

Поэтому я молча беру Настю за локоть и выставляю за дверь.

— Иди отсюда на хуй! Через минуту чтоб тебя в боксе не было!

Закрываю дверь и возвращаюсь в кресло. Передо мной снова мой рабочий стол, на котором я не единожды раскладывал Ирку.

Ору от злости на себя, вскакиваю на ноги и переворачиваю его. Пинаю с остервенением деревяшку, лежащую в осколках разбитых бокалов и луже коньяка. И это напоминает мне меня самого.

Я снова и снова крушу мебель, но это только так выглядит снаружи.

Не могу без Лильки. Кажется, что сдохну прямо сейчас, здесь. Свернусь и просто сдохну от тоски и от боли… которая не моя, а ее — моей любимой нежной Лильки. Я прочувствовал ее так остро, что не понимаю, как это можно вообще пережить.

Какой же урод…

Шатаясь, обессиленный и ошарашенный, нахожу среди обломков ключи от внедорожника и выползаю из бокса.

Глава 40

Несусь в коттедж. Меня тянет к родному дому, как магнитом.

Я очень сильно хочу к жене. Только к ней. В ее теплые чистые объятья. Весна моя, я выбираю тебя и только с тобой. Останавливаюсь у ворот и звоню Лиле.

— Что такое, Захар? — ее голос звучит сонно.

— Выйди, пожалуйста.

— Ты время видел? Зачем?

— Я хочу тебя видеть.

— Я уже сплю. Завтра увидимся, может быть.

— Нет.

— Да.

— Тогда я зайду сам.

— Нет уж! Хм… а что у тебя с голосом?

— А что с ним?

— Он какой-то странный. У тебя язык заплетается. Ты выпивший?

— Немного.

— И пьяный сел за руль? Господи, Суворов, что ты творишь? Аленку без отца оставить хочешь?

— Я ехал на автопилоте.

— Знаю я этот автопилот, — тон окрашивается укоризной. — Бросай машину, вызывай такси и езжай в квартиру проспись.

— Нет. Мне плохо без тебя, Лилька. Душу в клочья рвет. Никуда не поеду.

— Поедешь.

— Нет. Выходи, или я сам зайду в дом.

— Уф, Суворов, ты просто невозможен! Сейчас! — она бросает трубку.

Откинувшись на спинку, не свожу взгляда с ворот.