Измена. Развод. Моя (не)случайная беременность (СИ)

А может, дело в том, что он меня невольно волновал. Заставлял нервничать. Я постоянно чувствовала тяжёлый узел чуть ниже живота, когда смотрела на него, слышала его голос. Во мне буквально всё вибрировало, вызывало какую-то ненужную дрожь.

Что-то такое тёмное бурлило внутри, от чего хотелось отмахнуться. Войти в спокойное состояние и не испытывать к этому мужчине ровным счётом ни-че-го. Но выходило иначе.

И то, что он знал обо мне слишком много, тоже нервировало.

Он чужак. И я бы предпочла, чтобы он таковым и оставался.

– Вам нравится надо мной издеваться?

– Нет.

Твёрдо. Весомо. И взгляд у него стал серьёзным. Больше там не плясали черти.

– Возможно, вам показалось, что я жертва, которая смолчит и стерпит всё.

– Это не так? – не сводил он с меня пристального взгляда. Уже пронзительного и тяжёлого.

– Нет. Это не так.

– Вот и хорошо. Я рад.

Он расслабился. Откинулся на сиденье и даже расстегнул пиджак. Я наблюдала за ним со смешанными чувствами.

Он сбил меня с толку. Удивление и растерянность – вот что я ощущала.

– Успокойтесь, Анна, – расслабился Рейнер ещё больше и даже глаза прикрыл. – Я просто подвожу вас домой.

– Зачем? Зачем всё это? – у меня разболелась голова.

– Скажем так: я за вами приглядываю. Чувствую ответственность. Уж коль вы сподобились свалиться на меня в мужском туалете, выпросить аппаратуру для школы, а потом грохнуться в обморок на моих глазах.

Глава 20-2

На губах у него снова заиграла улыбка. Чуть кривая, но уже не так явственно саркастическая.

– И ради этого вы приехали в клинику, бросили все дела?

– Почему нет? – приподнял он бровь и посмотрел на меня. – Могу себе позволить. Вы меня интригуете. Вызываете интерес. И пока он есть, я буду делать то, что посчитаю нужным.

– По-моему, вы беситесь с жиру.

– Может, и так, – рассмеялся он. – Не сопротивляйтесь. Это бесполезно. Всё равно что плыть против течения.

– Я предпочитаю ходить по суше. И не прыгаю очертя голову в незнакомые реки. Не пью воду из грязных луж.

– Пытаетесь меня задеть? – снова эта бровь вверх, и усмешка, что, наверное, – часть его сути. – Не получится. У меня слишком толстая кожа, и комариные укусы даже не раздражают. Я их не чувствую.

Машина мягко остановилась.