Измена. Простить, отпустить, отомстить?

Первая, кого я увидела, была конечно, Женечка. От привычки называть ее так ласково, я буду избавляться долго.

- Ой, Анастасия Борисовна, я думала вы выйдете только завтра, - она с виноватым видом встала с моего места. В мое отсутствие Женя работала здесь, потому что… больше было негде.

Я с удивлением осмотрела кабинет: ни стола, ни шкафа с делами, ни маленькой удобной тумбы, куда я складывала всякий хлам.

- Что происходит? Мы попали в школу ремонта с ТНТ?

Женя тряхнула локонами и приложила пальцы к покрасневшим щекам.

- Почти. Мы с Кешень… - она запнулась на полуслове, - то есть, мы с Аркадием Давыдовичем решили, что мне будет лучше переехать из кабинета в хозяйственное помещение.

- Это куда же? – Я не глядя кинула сумку на пол, но она чудом упала на стул, как будто так и было задумано. Раскрываю молнию и что-то ищу в ее бездомном нутре, лишь бы не смотреть в глаза этой святой бля*и. Прием начнется через пятнадцать минут, и я не хочу выглядеть перед пациентами всклокоченной и помятой после недавней битвы.

- Двести третьем, на втором этаже.

Я непроизвольно насвистываю. Не реагировать на любовницу мужа все сложнее, потому что теперь она не просто баба с золотой писей, она вредитель и оккупант!

- Там почти сто квадратов, ни хреновая такая коморка для даже не врача! У вас ничего там не треснет, Женечка?

Женя опускает большие как у оленя глаза в пол.

- Конечно, это неудобно, и чтобы обставить такое помещение, придется найти средства для покупки мебели.

- Ой, - я беспечно машу рукой, - когда тебя это останавливало. Я пользовалась и мужем, и дочкой, и тумбой, но ты все равно забрала их себе!

Пухлые губы моей ассистентки дрожат, она кривится в искреннем раскаянии. Поправляет белый халат, на безупречной фигуре и произносит:

- Не надо так, я не хочу, чтобы мы были врагами. Сейчас нам нечего делить!

В ее голосе столько боли, что со стороны не ясно, кто у кого увел мужика.

Мне совсем не хочется вариться во всем этом. Обсуждать, ругаться, делить тумбу. Хватит, наделилась так, что и Кеша и Тома ушли жить в чужой дом. Скинув ботинки, я обула белые кроксы. Посмотрела на часы у себя на руке – электронные и удобные, против изящных женечкиных на тонком золотом ремешке.

Свои я купила сама, в отличие от Жени, которой пришлось поработать ртом и может еще какой дыркой ради золотых часов Chopard.