Измена. Простить, отпустить, отомстить?

Но со мной все произошло грязно, публично, на глазах моих друзей и коллег! И потом вместо разговора, из меня делают дуру, и доказывают, что это я виновата!

- А ты значит не виновата, - мама удивленно вскидывает руки, а я почти вою от обиды.

Ну, конечно. Три правила «не» в нашем доме.

Не доглядела. Не докормила. Не долюбила.

И не смотря на то, что моя мать следовала всем им, отец ей тоже изменял. И тогда включилось в игру четвертое и самое унизительное «не».

Не вспоминать глупые обидки и простить предателя.

Она смогла, у меня не получилось.

- Девочки, - как всегда вовремя вступила в разговор бабушка, - а я не поняла, мы сейчас про какую измену Савранского? Эту, или ту, старую?

Это была запретная тема в нашей семье, мы старались никогда не говорить о Савранском и «той истории». И сейчас я получила болезненный удар прямо в живот. От которого тебя корчит, дышать становится все труднее, и хочется скорее вырубиться, да никак. Ты по-прежнему в сознании и здесь по-прежнему паршиво.

- Розеточки. Я забыла принести розеточки, - я встала и, слегка придерживая стену рукой, побрела в комнату.

Вслед мне донесся взволнованный голос бабушки: «Насть, так вот же они, на столе!».

И сердитое причитание мамы: «Мама, и надо было вам это вспомнить! Еле как все устаканилось! Сидите, вон… мандарины чистите! Ой, ну зачем было лезть, Настя уже забыла все, а тут вы…»

Настя не забыла ничего. Ни то, как Кеша стал пропадать на работе. Ни постоянные вызовы на ночь, тогда он еще был принимающим акушер-гинекологом и рожал всех, кто вставал к нему на учет.

Я даже не могла заподозрить его в измене, потому что на утро обследовала всех мамочек, с которыми Савранский провел ночью.

А о том, что он трахал свою медсестру, просто не подумала. Бывает…

Тогда никакого скандала не случилось. Свекр быстро уволил Кешину подстилку и объяснил мужу, как не нужно поступать с его любимой невесткой. Мои родители забрали Никитку на две недели, а нас отправили выяснять отношения на Пхукет.

Я кричала, швыряла тарелки в стены, Аркадий умолял простить его и даже плакал. То ли на нас подействовала магия острова, то ли УЗИ неверно определило срок плода, но из отпуска мы приехали с Тамарой.