Измена. Простить, отпустить, отомстить?

Избалованная, инфантильная дура, которой все должны.

Я всхлипнула, и охранник, кажется, только сейчас вспомнил о моем существовании.

- Ой, что же это мы… Я сейчас. – И громко, так что все повернулись в нашу сторону, прокричал: - Тимур Вазгенович, к вам тут сестра приехала.

Все внутри меня сжалось от ужаса, а глаза стали большими как блюдца. Это что, сейчас взаправду? Мне все это не снится? Это не кошмар, который закончится, стоит мне ущипнуть себя за бок?! Нет, картинка не менялась, даже после пятого щипка. Тимур все так же смотрел на меня и хмурился, будто не узнавал вовсе.

Нет! Господи, нет! Не так, ни сейчас, не перед десятком свидетелей, которые с любопытством буравят меня взглядом! Я просто не готова встретиться лицом к лицу с Тимуром, заговорить с ним, коснуться. Я просто… не могу. Не могу я!

В этой гробовой тишине было слышно, как чиркнули о бетонный пол мои кроссовки. Я юлой закрутилась обратно и бросилась к двери, чтобы сбежать на улицу, но чертовы ноги этого чертового Григория как два дерева выросли у меня на пути.

Я споткнулась и с грохотом ухнула вниз!

Кое-как встаю, опускаю лицо в пол и быстро-быстро, пока никто не успел опомниться, выбегаю из зала. Стук сердца разрывает барабанные перепонки. Оно бьется как бешенное. Пускает пулеметную очередь в двести двадцать ударов в минуту. От бега. От стыда. Он ужаса и осознания, что я сейчас натворила.

Как глупо, Господи, как глупо и ничего не вернуть назад, а единственное что остается – бежать. И я бегу. Что есть сил, задыхаюсь, потому что слезы застилают глаза.

Но я не останавливаюсь.

Пока он сам не остановил меня.

- Да стой ты, стой, блаженная! – Тимур подхватывает меня на руки и ставит обратно на землю. – Насть, ну так нельзя! Я человек пожилой, мне такие нагрузки не с руки, я тебе кричу-кричу, а ты не слышишь!

- Слышу, - всхлипнула я.

Мне так обидно, что единственное, о чем я сейчас прошу у Вселенной, чтобы в Питере случился потоп, и этот город смыло к херам! Вместе со всеми свидетелями моего позора! Борода дрожит от еле сдерживаемых слез, и через секунду я начинаю реветь по-настоящему.

- Насть, ну ты чего?

- У меня сегодня де-де-день рождения.

Он незаметно подхватывает меня на руки и относит подальше от проезжей части, туда, где нет машин и людей. Потому что все нормальные попрятались из-за дождя, и во всем городе остались только мы с Тимуром. Два психа.

- Поздравляю с днем Рождения.

- Это не вс-все, - я всегда заикаюсь, когда плачу. И иногда когда нервничаю.