Измена. Простить, отпустить, отомстить?

Но Жене ты все-таки позвони.

И я кладу трубку. Стараюсь прислушаться к себе, услышать хоть намек, хоть тихий-тихий шепот радости и триумфа, но ничего. Я пуста. Пуста и почти разбита.

Сажусь в машину, целую Томку в щеку, она смешно морщится, а затем вытирает ладонью лицо. Мой маленький колючий ежик. Но я не злюсь, впервые за долгие недели мне спокойно, что дочь рядом. Мы разговариваем ни о чем, обсуждаем ее одноклассников и сериалы, когда дверь в подъезд открывается и оттуда выходит… да собственно тот, на кого я и думала.

Игорь Глушнев, свой человечек и инвестор нашей клиники. А еще любовник Жени, манипулятор, хитрец и очевидно последняя скотина. Ну, да это уже не мое дело.

Потому что свое я уже сделала. Достала телефон и сняла последний, самый эффектный кадр нашего триллера – лицо Глушнева на экране выражало спокойствие и негу, потому что он еще ни о чем не догадывался…

А я уже знала, как уничтожу его, моего мужа и их любимую принцессу впридачу.

Глава 40

- И тогда я решила, что моя самая любимая страна Непал.

- Очень интересно. Любишь ты Непал, а отдыхать почему-то летаешь в Сочи и Римини, - пробурчала я и снова провела расческой по мокрым Томкиным волосам.

Она откисала в ванне не меньше часа, применяя тяжелую артиллерию в виде скрабов, пенок, гелей и прочей женской шушеры. В конце ванная комната пахла как хозяйственный магазин из моего детства – ярко и остро, почти до рези в глазах.

- Мама, а как я без своих вещей? – Дочь сонно вошкалась в нашей кровати, потому что идти в свою категорически отказалась.

- Ну, милая, ты же не всю комнату к папе перевезла, большинство твоих вещей осталось здесь, их и будешь носить, пока все не решится.

- Хорошо, - она крепко обхватила меня за талию. – Да и не было там ничего важного.

Пользуясь такой редкой покладистостью тем, как сильно Тома хочет спать, я перешла к самому важному. Вряд ли у дочки найдется запал, чтобы спорить:

- Тома, ты остаешься здесь.

- Конечно, остаюсь, - она поднимает на меня огромные черные глаза.

- Ты не поняла, крошка. Ты в принципе остаешься здесь, в этом доме, со мной. Даже когда ты выздоровеешь окончательно, я не повезу тебя обратно. И, возможно, сейчас ты будешь против, но…

Не успела я выдать весь список аргументов, и только набрала в легкие воздух, как Тома сказала:

- Я не против. Здесь так здесь.

От удивления у меня даже открылся рот.