Измена, или Открытый брак (СИ)

— Миленькая такая…

— Спасибо… — тихо тогда сказала я.

Первая любовь она такая. Немного скомканная, жутко ранимая и совсем нелогичная.

Нелогично мы с Альбертом тогда разругались накануне Нового года, и я помнила, как придя в гости к бабушке, осталась у неё с ночёвкой, и всю ночь проплакала лёжа на кровати с панцирной сеткой, которая вздрагивала от каждого моего движения.

А в новогоднюю ночь Альберт изрядно помятый и весь в снегу пришёл ко мне домой и долго целовал меня в подъезде, потому что мама не отпускала меня гулять после боя курантов.

А потом мы поженились. Альберту тогда было двадцать три, и он учился на предпоследнем курсе авиационного. А я только на втором медицинского. Из подарочных денег на свадьбу мы сняли однушку в спальном районе. Альберт после учебы работал на автомойке, но денег не хватало и тогда я вышла в салон маникюристом.

— Лерка, я получу самую престижную работу. Сразу увезу тебя на море. И потом будешь в золоте купаться…

От тех слов я долго плакала, потому что сил моих не было. Я выматывалась с клиентами за жалкие тридцать процентов, работала почти без выходных, а один год вышла с работы за четыре часа до нового года.

Это был ад.

Но мы с Альбертом справились. В двадцать три я наконец-то вернулась на учёбу, и в то лето впервые увидела море. Наше чёрное море. В Геленджике. На пляже усыпанном туристами. И тогда Альберт мне обещал:

— Смотри Лер, скоро все измениться, и мы будем гулять с тобой по побережью красного моря. Лер, не плачь.

И после всего этого Альберт так просто решил, что ему это ничего не нужно?

Что он готов все это променять?

Мои губы затряслись и я встала с дивана.

— Ты даже поговорить не хочешь об этом! — вспылил Альберт.

— О чем? Альберт, о чем нам вообще говорить после такого? Ты как себе это представляешь? — дрожа всем телом уточнила я, не понимая для чего вообще нужны сейчас слова. Зачем? Альберт уже все сказал. Он поставил жирный крест на нашей семье. Он раздавил меня своим признанием.