История Ирэн. Отрицание (СИ)

Вслух же Елизавета Петровна сказала, немного, впрочем, сменив тон, сделав его уже не холодным, а так, чуть прохладным, – Я к вам по делу."

"Графиня Балашова действительно приехала по делу. Её напугал визит Ирэн в их столичный дом. К сожалению, Кирюша ей ничего не рассказал, хорошо, что слуги сообщили. Вот графиня и решила, что надо решить вопрос с Виленской раз и навсегда.

Графиня повторила:

– Я к вам по делу... – и замолчала. Потому как она думала, что Виленская сидит здесь в деревне в полном отчаянье и нищете, и надеялась решить вопрос быстро и недорого.

Ирэн не стала «помогать» графине выходить из неловкой ситуации, Елизавета Петровна начала злиться и дыхание её участилось.

– Сейчас «рванёт», – подумала Ирина. Очень уж сопение графини напоминало звук от чайника со свистком.

И «рвануло»:

– Т-ты…должна подписать новые документы для своей дочери, – графиня говорила с Ириной таким тоном, словно та была, ну как минимум, её служанкой

Пока Ирина раздумывала, что ответить и как поставить на место разошедшуюся Балашову, дверь в кабинет отворилась и вошёл…Лопатин Леонид Александрович.

Он был одет в чёрный камзол, чисто выбрит, и в целом вид имел внушительный и недовольный.

– Графиня, по какому праву вы разговариваете в таком тоне с моей дочерью? – голос отца звучал жёстко и твёрдо. Лопатин не стал дожидаться пока графиня ему ответит и продолжил:

– Успокойтесь, либо покиньте наш дом

Ирина даже загордилась отцом и сразу почувствовала себя защищённой.

Получив поддержку от отца, Ирина поняла, что ответить Балашовой:

– Сколько? – спросила, глядя на графиню

Графиня ожидала чего угодно: истерик, обморока, оскорблений, но услышав вопрос Ирины, растерялась и даже переспросила: – Что?

Ирина терпеливо пояснила, понимая, что отец тоже пока не понимает о чём речь:

– Я спросила вас, сколько вы предлагаете заплатить, чтобы убрать имя вашего сына из документов моей дочери?

– О-откуда вы…

– Что? Разве не это вы приехали мне предложить? Из самой столицы тащились по зимним дорогам, – Ирина больше не церемонилась.

Ирина увидела, что отец собирался что-то сказать, но сделала знак, чтобы он подождал.