Испытание Огня

Что нужно мне!

И в какой-то миг я почувствовала — все. Волна, которая меня накрыла, была неудержимой, буйной, всепоглощающей! А когда я ощутила, что умираю, услышала тяжелый мужской рык. И пусть у меня практически не было опыта в таких делах, я прекрасно поняла, что этот рык означает — мы умираем вместе. Я и он. Эмиль фон Глун. Куратор первого курса факультета Огня, исполняющий обязанности декана и… враг, которого нужно уничтожить.

Пробуждение было резким. Но причиной тому стали отнюдь не мысли, а… он.

А вслед за осознанием пришла волна всепоглощающего стыда. Боже! Я… я… развратная женщина!

Несмотря на то, что сил практически не было, я как-то умудрилась перевернуться на живот и зарыться лицом в подушку, в попытке спрятаться от себя и от всего мира. Вот только в отличие от прошлого раза, когда никто ничего не заметил, теперь мне не повезло.

— Даш, что происходит? — раздался напряженный голос Зябы.

— Ты в поря-адке? — жалобно пропищали рядом, и это было еще страшнее, чем вопрос призрака!

Мама дорогая! Они все видели, да? Они… блин, а что они могли видеть?

— А что было? — приподняв голову, хрипло спросила я.

— Ты стонала, — заявил Зяба. — Стонала, звала профессора Глуна, а потом… потом ты… — Вот не думала, что монстру хватит пороху сказать, и даже успела порадоваться, что не услышу, однако он таки выдал: — Ты кричала, Даш.

Нет, такого позора я не переживу. Просто возьму и умру! Прямо здесь и сейчас!

— Тебе плохо-о-о? — В интонациях «котика» звучало искреннее беспокойство. — Ты заболе-ела?

Убейте меня! Убейте, только не заставляйте объясняться!

— Нет, ей хорошо, — ответил твиру призрак. И уже мне: — Дарья, поясни. Немедленно!

Я закусила уголок подушки и зажмурилась. По-прежнему дико хотелось сдохнуть, но смерть все не приходила.

— Мне снился Глун.

— Не слышу! — рыкнул монстр. Не иначе как в мамочки записался.

Ну, я и повторила:

— Глун! Он мне снился! И… Зяб, подожди! Дай прийти в себя!

Благодаря хлынувшему в кровь адреналину я сумела встать и добраться до ванной комнаты. А закрывая дверь, сообразила — я не голая, на мне то же кружевное белье. Это радовало.