Испытание Огня

"

"— Угощения для твира, — ответил парень прямо.

Я ситуацию, в общем-то, поняла, но признаться, даже самой себе, было страшно. Вмешиваться — еще страшней!

А эти двое делиться подробностями не собирались. Просто стояли друг напротив друга и мерялись взглядами. Или что-то друг другу доказывали?

Атмосфера, воцарившаяся в зале, стала поистине взрывоопасной. И треск пламени стражей казался сейчас особенно жутким — как звук бегущего по бикфордову шнуру огонька.

А потом, когда нервов у меня уже практически не осталось, Глун вдруг рыкнул, круто развернулся на каблуках и быстрым шагом направился к лестнице.

— Все? Доволен?

И, даже не дождавшись хмурого кивка студента, помчался дальше, чтобы через пару секунд скрыться из виду.

Было очевидно, что таким способом воднику доступ в нашу общагу вернули, но… но не спросить я не могла:

— Это что сейчас было?

И искренне удивилась, услышав в ответ предельно хмурое:

— Ничего!

Дорс, как и Глун минуту назад, крутанулся и направился прочь.

Увы, бежать за «синим» сил не было, да и стоило ли пытать парня в такой ситуации?

Поэтому единственным, что я крикнула вслед, было:

— Дорс, спасибо за подарки!

Водник, не оборачиваясь, махнул рукой и скрылся, оставив меня стоять возле лестницы и растерянно хлопать ресницами.

Глава одиннадцатая

«Завершение» расследования и отъезд «высокой» комиссии сказались на жизни нашего учебного заведения самым положительным образом. Она, то есть жизнь, практически сразу вернулась в прежнее, спокойное русло.

Преподы больше не зверствовали на лекциях и семинарах, доводя несчастных студентов до белого каления. Студенты, разумеется, тоже больше не надрывались и не тряслись от страха, опасаясь посреди коридора нарваться на ловушку или члена пресловутого Совета.

Моя жизнь, что особенно приятно, тоже наладилась.

Первый и безоговорочный плюс — я больше не ждала обысков, так что с чердака вновь исчез хлам, а отремонтированная мебель, в том числе волшебный шкаф, наоборот, вернулась. Все стало привычно и уютно.

Второй плюс — куратор Глун. Он перестал сниться. Видимо, новая должность и связанный с ней загруз времени на бесплотные фантазии не оставляли.