Искусное соблазнение

Так что, готовясь к балу, Джудит украсила себя сапфирами.

– Ты великолепно выглядишь сегодня, Джек. Жаль, мне не идет розовый, как тебе. Матушка говорит, этот цвет меня бледнит… Ты меня слушаешь?

– Что?

– Почему ты не хочешь сказать мне, что с тобой? – вздохнула Джудит. – В последнее время ты или погружена в свои мысли, или набрасываешься на меня по всякому поводу. И последнее случается куда чаще. Будь у тебя красные глаза, я решила бы, что твое сердце разбито, как произошло со мной из-за Нейтана. Но ведь это не так, правда?

Джек пренебрежительно фыркнула.

– Поверь мне, когда я кого-нибудь полюблю, я это сразу пойму. И ты тоже. Да и все остальные, потому что я притащу своего избранника к алтарю, даже если тот будет упираться, брыкаться и визжать. Впрочем, об этом позаботится мой отец.

Джудит не удержалась от смеха, вообразив себе эту картину.

– Что ж, прекрасно. А я было подумала, что ты слишком увлеклась Куинтином.

– Возможно, так бы и случилось, если б нам удалось больше времени побыть вдвоем.

"Джек по-прежнему называла похитителя этим презрительным прозвищем и приходила в ярость всякий раз, стоило о нем упомянуть. Она не просто раздражалась, а злилась не на шутку. Пока в ее голосе еще не появились угрожающие нотки, Джудит поспешила перевести разговор на другую тему – ей не хотелось, чтобы Джек явилась на бал, трясясь от бешенства.

– Может, твое внимание привлек какой-нибудь молодой лорд из тех, что осаждают тебя толпами в Лондоне со дня нашего возвращения?

– Пока нет.

Разве могла Джудит об этом забыть? Подруги договаривались не влюбляться, но не всем намерениям доводится осуществиться. Желая проверить еще одну догадку, она кивнула в сторону окна, за которым скакал конный эскорт.

– Наверное, тебя раздражают эти предосторожности?

– Мои охранники? Нет, на самом деле они довольно милые.

Больше Джудит ничего не приходило в голову, и она решила прибегнуть к тактике своей матери.

– Жаклин Меллори, ты сейчас же скажешь мне, что тебя мучает.

Джек снова фыркнула, но на этот раз без злости, и Джудит приободрилась.

– Меня ужаснула собственная беспомощность, когда… Мне ненавистно быть женщиной!

Джудит пришла в замешательство. Она никак не могла подумать, что причина именно в этом, хотя ей следовало догадаться. Джек привыкла всегда добиваться своего, верховодить и задавать тон. Уверенная в себе, она никогда не сомневалась в собственной силе.