Иномирная няня для дракоши

А когда я ей рассказала, что им можно начинять блины, так она вообще кинулась меня обнимать, потом тут же резко отскакивая и белея, ведь будь на моем месте леди этого мира, то точно бы подняла скандал, но я была рада ее порыву.

Рассказала про холодец, который тут же поставили на плиту навариваться.

Все шло так хорошо и легко, пока в дверях кухни не появился Арахонт.

Волнение тут же накрыло с головой, и веселье сменилось стеснительностью, ведь он смотрел на меня так, словно я мороженое, а он ребенок, который хочет его до ужаса.

Как оказалось, стражникам требовалась моя словесная помощь. Мы оделись и отправились порталом на центральную площадь, на которой ранее мне не доводилось бывать. Что сказать, она аккуратная, вычищенная. Вдали виднелась небольшая церквушка с маленькими башенками. От площади тянулись в разные стороны дорожки, которые вели к узеньким улицам и почти одинаковым домам из бревен с покатыми крышами. По кругу стояли уже знакомые мне фонари, которые зажигались от движения. Все выглядело просто, словно я попала в деревушку, но мне так нравилось увиденное.

– Мы правильно все сделали, леди Катя? – спросил меня стражник, завидев нас.

– Почти, – кивнула я, пытаясь игнорировать взгляды Арахонта, который стоял чуть в стороне и держал на руках Лисоньку, – горку нужно сделать повыше и разгладить сверху, чтобы была более гладкой.

– Если выше, то только… – стражник замялся, переводя взгляд на правителя. – А можно… – замялся он, вопросительно смотря на Арахонта.

Я не сразу поняла, что именно можно, но когда владыка недовольно кивнул, а воин со счастливым выражением лица отбежал подальше, то чудом не заверещала от увиденного.

Честно, я пыталась держать лицо, смотря на громадного ящера, который взмахнул крыльями, показывая их размах.

Черный дракон, чем-то похожий на Листара, взмыл в небеса, а потом кинулся камнем вниз, резко загребая в когтистые лапы снег. Один мощный взмах, от которого я едва смогла устоять на ногах, так как порыв ветра для меня маленькой был очень сильным, и Дистарк навис над горкой, осторожно высыпая снег на самую верхушку.