Испорченный... Книга 2

Ладонь скользнула по моему животу, поднимаясь выше, погладив груди и затем легла на мою шею, вынуждая изогнуться и приподнять бедра.

Затем был поцелуй. Обжигающее дыхание на моем затылке. Я чувствовала альфу везде — его тело, слившееся с моим, каждую стальную мышцу, рваное, тяжелое дыхание. Язык, скользнувший по плечу и зубы, больно впившиеся в кожу, перед тем, как альфа выругался. Меня захлестнула теплая волна очередного оргазма, и я обмякла в его руках, а затем почувствовала, как тело альфы напряглось и, вбившись в меня со всей силой, он внезапно вышел из меня, а затем по бедрам потекло что-то горячее.

"— Блядь. — снова выругался альфа. Он дышал прерывисто и тяжело, и, несмотря на грязные слова, погладил нежно мою ногу. — Слишком быстро. Давай еще раз.

— Что? — вырвалось у меня. Черт, мой голос охрип от стонов, и я, прокашлявшись, запротестовала. — Что? Нет. Иди к черту, Помпей! — я запаниковала, подумав, что повторится снова тот кошмар, который длился три дня, но Помпей остановил меня, когда я попыталась уползти подальше.

— Ладно, успокойся. Если не хочешь — то тогда спи.

Он улегся рядом, подгреб мое замершее от страха тело к себе, и обнял. Я задержала дыхание, почувствовав, как, черт побери, снова начинает твердеть его достоинство, зажатое сейчас между моим животом и им.

— Помпей…

— Не обращай внимания. Потом сам упадет.

Боже. Я не знала, как это можно игнорировать.

Однако, как только я закрыла глаза, то сон пришел почти мгновенно, и я так и осталась лежать в объятиях альфы.

****

Когда я проснулась утром, и услышала, как альфа принимает душ, то быстро собрала свои вещи и сбежала в другую комнату.

Там, закрыв дверь, я быстро переоделась, чувствуя, как колотится сердце.

Вот дерьмо, а.

Я снова сделала это. Я обреченно потерла лицо, а затем растрепала волосы, пытаясь привести мысли в порядок.

Однако, в этот раз все было более… нормальным? Нельзя отрицать, что альфа старался быть внимательным. Действительно вести себя иначе.

В груди что-то сжалось от следующей мысли, а затем немного потеплело. Видел ли кто-нибудь, кроме меня, Помпея таким? Я помню, как он повел себя в сексе, когда считал, что я изменила ему, и насколько паршивым он был. Абсолютно жестоким, холодным и действовал будто механически. А тут…

Я зажала рот рукой, выбросив из головы вчерашнюю картину, где он удовлетворял меня. Нет. Я не буду об этом думать. Не буду. Мне нужно думать совсем о другом.