Испорченный... Книга 2

Империя провел меня к спальне, в которой был Вавилон и ушел. Я же постучала в дверь и вошла в комнату.

Когда Империя говорил, что Вавилон сейчас не в самом лучшем состоянии, я понимала, что, наверное, он так же, как и я, плохо перенес это странное снятие метки, но я и не подозревала, что все настолько плохо.

Вавилон будто бы был болен. Причем, очень серьезно, но, тем не менее, он не лежал в кровати. Стоял около окна и курил.

— Как ты? — тихо спросила, аккуратно закрывая за собой дверь.

— Издалека почувствовал твой запах и теперь хочу уложить тебя на кровать, — он выдохнул дым, струшивая пепел прямо на пол.

— Ты выглядишь паршиво, — я окинула взглядом его бинты. Они были на костяшках, ребрах и плече. Судя по всему, они с Помпеем действительно очень сильно сцепились. — Вам не следовало с Помпеем драться.

— Подойди, — он протянул ко мне руку, но я отрицательно качнула головой.

— Я не думаю, что это хорошая идея. Нам лучше держаться на расстоянии.

— Ты моя женщина. Моя омега.

— Наша метка была снята, поэтому точно нет.

— Ты считаешь, что это хоть что-то меняет?

Я качнула головой и отвела взгляд. Посмотрела на очень сильно смятую кровать и на иглы с лекарствами, которые были на тумбочке.

— Я считаю, что и наличие метки ничего не значило, — наконец-то ответила. — Я приехала сюда, чтобы именно это сказать. Я не понимаю тебя, Вавилон. Ты же действительно меня убить хотел, но только понял, что я омега, как тут же сказал, что я твоя женщина.

— Меня привлекает твой запах. С тех пор, как я его почувствовал, я понял, что вряд ли смогу отказаться обладать тобой. Поэтому, это стоит и большего.

— Ты рехнулся. Тот Вавилон, которого все боятся и считают несокрушимым, говорит, что не сможет без какой-то ненормальной омеги, которая даже толком не выглядит, как девушка.

— Для меня ты выглядишь, как та единственная.

— Наверное, ты сильно ударился головой, когда сцепился с Помпеем, — я попыталась фыркнуть, после чего нелепо покрутилась, показывая себя Вавилону. Будто говорила «Посмотри на меня. Убедись в том, насколько я ужасна. И что ты увидел в вот этом?». На самом деле, выглядела я и правда жалко. Мятая, растрепанная и болезненная.