Индульгенция 2. Без права на жизнь

Поэтому я встал, принял душ, закинулся парой бутербродов из кольца и пошел искать козла.

Кстати, пища Вырия мне не вредила, в отличии от той же Нави, и это радовало. Иначе шанс помереть от голода или эманаций света был бы вполне себе реальный.

Сверившись с внутренним козлонавигатором, я уверенно потопал в нужном направлении. Козел обнаружился на соседней улице, в тихом проулке между домами. Прячась в тени, он наблюдал за двором дядьки Ивана, который держал коз. И этот дурак сразу воспылал к ним неземной любовью и страстью.

Поэтому с Пургеном у них был вялотекущий конфликт, иногда переходящий в острую фазу, когда козел шел в яростное и бессмысленное наступление. Свой двор дядька хорошо защитил с помощью магии, и иногда козлу удавалось ей противостоять, а иногда нет.

По этой же причине вежливый вроде Иван со мной даже не здоровался, несправедливо считая, что раз я хозяин козла, то мне за него и отвечать. Вот только о том, что я его хозяин, Пурген даже не догадывался, считая себя венцом творения, а всех остальных неизбежным злом и ошибкой Создателя.

— Хватит нервно блеять на ворота. Пошли, нас ждут великие дела, — обратился я к нему, уже заранее предвидя его реакцию.

— Бек, — демонстративно отвернулся он, показывая, что совсем не заинтересован куда-то идти, если это куда-то не двор Ивана.

— То есть, тебя совсем не интересует огород с экзотическими фруктами и овощами? Большой, правда хорошо охраняемый. Но я-то думаю, для такого гурмана, как ты, это не преграда?

— Мек? — скосил он на меня глаза и тон его сменился на недоверчивый.

— А еще говорят, там выращивают коз, и не простых, а особой породы, у которой красивая и нежная шерсть…

— Пфе, — мечтательно пустил Пурген слюну, уже не так активно наблюдая за двором Ивана.

— Ну, и хозяин там богатырь, считающий себя самым сильным.

Этот аргумент забил последний гвоздь в гроб недоверчивости Пургена, потому как самым сильным он считал себя. Ну, и еще самым, конечно же, красивым — но это уже детали. Про скромность я умолчу.

— Но ты ж понимаешь, что надо действовать быстро — пришли, взяли, ушли. А там пусть вопит на весь Вырий. От такого позора ему не отмыться.

Что ж, это он понимал и любил.