Индульгенция 2. Без права на жизнь

Ну, и так же живописно с него сползла, собрав мордой все занозы со ствола. Да, вроде девочек бить нехорошо, но тут нет разделения на пол. Типа, все мы воины, а значит, равны. К тому же она мне задолжала один удар мордой об твердое, а я не люблю должников.

— Беги! — услышал я за спиной предостерегающий выкрик, но оборачиваться не стал.

Еще чего! Подумает, что я слабый, и потом прохода не даст. Обиженки, они такие — всегда правы, а если докажешь, что они не правы, сразу станешь врагом номер один на всю жизнь, которую они тебе постараются максимально испортить.

А эта, ну, которая Мавка, села на землю, потрясла головой — пустой, если судить по легкости. А после ее черты потекли, и вот на меня уже идет здоровенная псина метра два в холке и приветственно скалит зубы, с которых капает слюна.

— Песик, а вот палочка, — завертел я у нее перед носом подобранным с земли бревном с мою руку толщиной.

Та резко остановилась и принялась следить за ней, не сводя взгляда.

— А кто у нас хорошая девочка? Кто хочет поиграть? Кто хочет побегать? Апорт! — крик, и палка летит далеко в кусты, а за ней срывается Мавка.

Шорох, вопль ярости, и вот она уже выходит из кустарника в человеческом обличье, держа палку в руках. И есть у меня подозрения, что играть она больше не хочет. Может, ей мячик предложить? Или косточку вкусную? Что? Я это вслух сказал⁈ А куда это все побежали⁈

— УБЬЮ!!! — от ее гневного вопля аж с деревьев листва осыпалась.

— Сперва поймай. Сперва добейся!!! А как же конфетно-букетный период⁈ Я на первом свидании не целуюсь!!! -ударил я по тапкам, корректируя побег вспышками света, заодно сбивая со следа псину.

Но получалось откровенно хреново, потому как она не сбивалась и, как оказалось, на четырех лапах бегает быстрей, чем я на двух ногах.

Поэтому летел я, постоянно меняя направления и периодически уворачиваясь то от ударов магией, то от взмахов когтистой лапой. Иногда ее зубы клацали в опасной близости от моей задницы, что придавало мне скорости и дополнительной мотивации.