Индульгенция 2. Без права на жизнь

Произнеся с пафосом последние слова, девушка-гид растворилась в воздухе, как и брошюра, которую я держал в руках.

— Круто! — Навка явно впечатлилась.

— Ага. Вот только я не понял — где тут центральный банк?

Залез в браслет, опять вывел карту. Посмотрел на нее — выключил карту. Лабиринт, и ни фига не понятно.

— Так вызови транспорт, пусть отвезут, -подала она идею, которой я и воспользовался. Специализированное приложение быстро нашло мне машину, и вот спустя десять минут я был уже возле огромного знания Имперского банка.

Навку пришлось оставить снаружи — духов в банк не пускали, о чем мне сообщила дежурящая на входе охрана. Даже в невидимости они ее видели, что говорило о их силе — не ниже темника небось и все призыватели. Иной бы ее не рассмотрел.

Она, что подозрительно, даже возмущаться не стала — сказала, что подождет снаружи. Ладно, но это точно не к добру. Надо тут все по-быстрому порешать. Покладистая Навка выглядит очень подозрительно.

"Симпатяжка в обтянутой юбочке, как узнала, что я целый князь, сразу изъявила желание отдаться мне прямо тут, но узнав, что я пришел всего лишь за деньгами, сильно расстроилась и отвела меня в отдел, где обслуживали аристократов.

Там меня взяли в оборот сразу две на все согласные дамы с та-а-а-акими вырезами на груди, что мне даже неловко стало и тесно в штанах. Эти тоже выразили готовность меня… Обслужить.

Провели в уютный кабинет, налили кофе, покрутили задницами и, поняв, что я твердый орешек — они меня как бы пару раз случайно по заднице шлепнули — позвали главную по мужи… в смысле, по аристократам.

Сменившая их дама лет непонятно скольких — магия творит чудеса, -представилась баронессой Закатовой — помощницей управляющего банка. Взаимные расшаркивания, минута залипания на открытое декольте, намек, что дама свободна от сегодня и до конца жизни и находится в поиске верного княжеского плеча, и только после всего этого мы перешли к делам, ради которых я, собственно, сюда и заявился.

Правда, когда она посмотрела информацию, я увидел на ее лице мелькнувшую тень, и мне это не понравилось. А когда она повернула монитор ко мне, мне не понравилось еще больше. Причем настолько, что эфир бешено побежал по моим каналам, и в воздухе ощутимо запахло смертью.