Индульгенция 2. Без права на жизнь

— И что скажете об услышанном и подслушанном?

— Все, что тебе тут говорили — чушь полная! Отец нормальный. А то, что он хочет стать главой, так это оправданно. Дай тетке волю, она тут всех по миру пустит. Жалостливая больно. А эти и рады стараться. Снежана вообще должна радоваться, что ее в жены князь возьмет, потому как ее максимум — провинциальный барончик из нищенского рода. Приданое-то у нее есть, но кому она нужна без поддержки? Деньги имеют свойство заканчиваться. Да и удержать их еще надо суметь.

— А что? Дед ее не поддержит?

— Как выйдет замуж, то нет.

Это уже будут внутренние дела ее семьи, куда он лезть не станет. Не будь отца, который разрешил ей доучиться, давно бы с пузом ходила, да вздыхала, у окошка мужа дожидаясь. А тут тебе вольная воля — делай, что хочешь. До поры, конечно, но сам факт…

— Вот уж осчастливили ее, — мой сарказм был бы заметен всем, если бы тут ещё кто был, кроме них. Но они особой наблюдательностью не отличались, поэтому приняли все за чистую монету.

— А то. Папа мудрый человек и не любит давить на горло.

Но может, если пойти против его воли. Ты, кстати, правильно сделал, что не согласился на уговоры этих дур.

— Кто сказал, что не согласился? Я пока думаю.

— А чего тут думать — трясти надо.

— Хороший вариант, но не в этом случае. Слушаю ваш вариант?

— Ой, да просто все. Ну вот скажи — на хрена тебе акции предприятий, которыми ты не собираешься управлять?

— А вдруг? Вот возьму и как засяду в красивом кабинете с симпатичной секретаршей. И как начну вникать в дела.

— Чушь. Тебе учиться надо и желательно спокойно. А когда над головой висит проблемный актив — а он проблемный, ты уж поверь, спокойно расти трудно.

— Это все болтовня. Ну да, в принципе мне владеть этим всем даром не сдалось. Но я не слышу конкретных предложений. Вы же не думаете на полном серьезе, что я просто так отдам вашему папочке кучу бабла? Могу согласиться на равнозначный обмен и желательно связанный со столицей. Жить в вашей глуши я не собираюсь.

— Такого тебе никто не предложит.

Но мы можем предложить тебе Опалову и все, что ей принадлежит.

— Вы не можете предлагать то, чего не имеете. Все эти разговоры о свадьбе пока отложены в долгий ящик, как я понимаю, и поэтому являться предметом торга не могут.

— Чушь. Она наша и никуда не денется. Откажешься от нее, вообще ничего не получишь.

— Ну и ладно тогда. Я-то, может, чего и не смогу, а вот Раздоровы очень даже смогут. Спрошу главу, и как он скажет, так и сделаю.