Инстинкт Бабы-Яги

Потом она повернулась к Николетте и опрометчиво заявила:

– Только вам они ни к чему, их для молодежи делают.

– Всенепременно возьму, – мигом отреагировала Николетта, – надену к Коке на суаре, все с ума сойдут, правда, Ваня?

Я кивнул. Пусть покупает что хочет, лишь бы поскорей завершить процесс. Но Николетта провела в кабинете еще целый час. Требовалось подобрать для каждой из пар линз футлярчики соответствующего цвета, потом сумочку, куда положить футляры, затем чемоданчик для сумочки. А еще жидкость для протирки, емкость, в которую следует ее наливать, специальные салфетки… И все это не в единичном экземпляре.

Короче говоря, когда мы вновь очутились в машине, на улице была темень. Николетта, уютно устроившись на заднем сиденье, принялась разглядывать линзы, я включил погромче радио и поехал вперед.

– Убери музыку, – потребовала маменька.

Я послушно покрутил магнитолу, и из динамика понеслось:

– Этой ночью на кладбище стояла напряженная тишина. Могила только что похороненного Эдварда утопала в цветах.

– Оставь! – взвизгнула Николетта. – Это «Литературная гостиная», они читают жутко забавную книжку про вампиров.

Хорошо, пусть будут вампиры, привидения, нетопыри, кто угодно, лишь бы маменька молчала.

В относительном спокойствии я проехал большую половину пути. Радио выло и ухало на разные голоса, выдавая непотребный текст.

– Глаза Эдварда, красные, жуткие, послали пучок света прямо на Генриетту. С пальцев покойника капала кровь…

– Налево, – вдруг скомандовала Николетта.

Я, одурманенный спектаклем, машинально повиновался.

Тут же раздался свист. Вот незадача! На перекрестке же висит знак: перечеркнутая стрелка.

– Почему нарушаем? – поинтересовался сержант и посветил на меня фонариком.

Я совершенно честно ответил:

– Извините, тут по радио жуткую книгу читают, заслушался и не заметил, что поворот запрещен.

– Про вампиров, что ли? – засмеялся милиционер. – Вот глупость-то! Сказки это, вы же серьезный, солидный человек, а в ерунду верите.

Я молча протянул требуемое. Парень изучил документы и вполне мирно спросил:

– Ну? Дальше что?

Я полез за кошельком, сейчас отсчитаю полтинник, и можно продолжать путь. Пока я рылся в портмоне, отыскивая нужную ассигнацию, сержант посветил фонариком на заднее сиденье.

– Добрый вечер, – мило сказала Николетта.

– А… а… о… – промычал парень.