Империя смотрящего

На Руси всегда уважали цифру «три» — это и языческий Треглав, и три богатыря, застывшие на перепутье. Так что цифра «три» была не просто числом, а символом. Нет, даже не символом, а верой. Лука был вторым. Но, лишенный лидерства, он сполна компенсировал его мудростью, а потому не зазорно было спросить у младшего брата совета.

— Все это не случайно, — наконец сказал он. — Так не бывает. Ты нужен этой женщине, но вот только непонятно зачем. Может, она тебя проверяет?

«Альфа», «бета» и «гамма» — неразделимая тройка.

Нечто подобное есть и в христианстве: Отец, Сын и Святой Дух. Отними хотя бы одну из составляющих единосущной троицы — и гармония будет утрачена. Ведь невозможно представить огонь без света и тепла. Так и их совсем недавно невозможно было представить друг без друга. Но их осталось двое. «Гамма» отошел или почти отошел. Впрочем, он всегда был таковым. В последний год каждый из них шел по собственной дорожке. Они все более отдалялись друг от друга. Чем сильнее они расходились, тем слабее становились общинные связи. Круг, который их связывал сравнительно недавно, вдруг разомкнулся ломаной линией. Похоже, что община, стая, начинала распадаться.

Захар уже давно не испытывал к Луке прежней привязанности, а мнение Луки для него теперь значило куда меньше, чем каких-то полтора года назад. Он мог бы спокойно обойтись не только без его совета, но даже и без общения с ним, и только заповедь старца Григория Панкратова, все еще имевшая силу, заставляла его следовать вековым традициям.

— Я приму ее предложение, — просто сообщил Захар, задержав взгляд на переносице Луки.

— Оставь ее телефон мне, — попросил Лука. — Я тебя подстрахую. Мало ли чего, — неопределенно пожал он плечами. — Нужно выяснить, что это за женщина.

Сказано все это было просто. Безо всякого внутреннего напряжения. Что, в свою очередь, значило многое. Лука по-прежнему оставался бойцом, который больше всего на свете ценит поединок и для которого мерилом доблести оставалась голова врага.

Ратоборец в нем не умер, и Маркелов был уверен: случись с ним беда, то на его тризну Лука принесет немалое количество вражьих голов.

— Договорились, — поднялся Захар.

Подъезд был холодным и пустым. Но опасности здесь не чувствовалось. Маркелов не сразу направился к машине. Некоторое время он осматривал окрестности. Аккуратно, будто сканером, прочесывал взглядом каждую мелочь и, убедившись, что все тихо, заторопился к машине.