Их невинный подарок

Нужно знать, что всё получилось, мы возвращаемся в тот же дом.

А даже если нет… Разговор с мамой ведь может всё изменить! Да, она во многом приняла законы отчима, повиновалась его порядкам. Но у каждого терпения есть черта!

– Тебе везет, Кара, - едва различаю приглушенные слова, когда Клаус протягивает мне телефон. – Три минуты и едем.

– Куда?

– Обратно, выдыхай.

И я действительно выдыхаю. Подскакиваю на ноги, не обращая внимания, как холод кусает кожу. Прижимаю телефон к уху, слышу голос мамы. И от этого становится спокойнее.

– Где ты, Кара?

– Эм… Где-то? Я не знаю. Мам, тебе рассказал отчим о том, что произошло? Ты знаешь, что происходит? – выпаливаю скороговоркой, шагаю вдоль дороги. – Ты ведь не согласна с ним?

– Карин, он принял решение.

– И… Мам! Ты хоть знаешь, что…

– Если мой муж считает, что эта поездка пойдет тебе на пользу, то так и есть. Я верю, милая, что всё не просто и тебе грустно, но так нужно. Ты ещё много не понимаешь и не знаешь, а взрослая жизнь довольно запутанная.

– А тебя не смущает, что меня будут воспитывать какие-то чужие люди? Мужчины! Ты так спокойна.

– Я знаю, что Олег желает тебе только добра. И они твои братья, Карин! Прекрати глупить и начни слушаться, пожалуйста.

– А если… А если завтра отчим захочет найти мне мужа, самостоятельно…

– Ты меня слышишь или нет?

– Невероятно!

Я сбрасываю звонок, желая раскрошить телефон. Бросить со всей силы в асфальт, чтобы каждый миллиметр покрылся трещинкой. Но максимум – мобильник утонит в сугробе.

Никак не получается поверить, что это действительно моя мама. Говорила холодным, собранным тоном. Отчитывала, словно это я виновата во всех грехах! И ладно, я не идеальная дочь, но это…"

"Мама выбрала свод правил Устиновых, я видела это с самого начала. Ещё до свадьбы, когда она очень сильно поменялась. Но одно дело слушать мужа, а второе – так бросать меня. Просто отмахиваться, позволяя чужому человеку решать мою судьбу.

Глаза жжет от непрошенных слез, но я часто моргаю, успокаиваясь.

– Спасибо, - быстро благодарю мужчин, падая на подогретое сиденье. – Можем ехать?

– Ты быстро, - Клаус смотрит странно, пронзительно. Так, словно читает меня, как открытую книгу. – Всё в порядке?

– Да, в полном.

– Разговор с мамой, полагаю, прошел не так, как нужно?

– А вот это не ваше дело.

Фыркаю, закрываясь полностью.