Игрушка для двух братьев

Я хотела сказать что-то еще, но поняла, что не могу — все конечности и, по-моему, еще и язык впридачу свело сильной судорогой.

Наверное, я умирала. Как иначе назвать мое состояние?

Я прикрыла глаза, пытаясь справиться с вращающимся миром. Пусть все закончится как можно скорее! Умоляю, прошу!

Но уже через пару секунд я поняла, что смерть мне сегодня не грозит. Потому что мир перестал вращаться, агония закончилась, и я… Я превратилась в волчицу.

Все мое тело обрело небывалую легкость. Я открыла глаза и увидела перед собой его.

Но теперь я могла точно сказать, как его звали.

— Белый клык, — прорычала я, оскалив пасть. — Дэн.

Конечно, я говорила с ним ментально. И он все понимал.

— С возвращением, Эля. Или точнее будет сказать — Черная луна.

— Черная луна?

— Да, в мире оборотней тебя бы звали так. Не переживай, скоро ты все вспомнишь. — Дэн протянул ко мне руку, чтобы погладить по шерсти, но я тут же клацнула зубами. — Ишь ты какая! — усмехнулся он и засмеялся, ни капли меня не испугавшись.

— Даже если вспомню, я не буду ничего делать! Я не стану тебе помогать!

— Глупая девочка, — пожурил меня Дэн, и в его голосе все еще слышались нотки смеха. — Ты мне уже помогла. Осталось дело за малым — мы дождемся, когда братья Борзовы тебя найдут, и ты доиграешь свою партию до конца.

— Никогда!

— Ты сделаешь все, как я скажу, или я… убью Лею. Ты ведь помнишь ее, не так ли? — Дэн больше не смеялся и был пугающе серьезен.

— Ты! Так это ты украл мою сестру!

Он проигнорировал мои возгласы.

— Так и быть, Ягодка, я дам тебе право выбора, — глумился надо мной Дэн, чувствуя свою власть. — Кого ты хочешь спасти — малышку Лею или братьев Борзовых?

Я жалобно заскулила, понимая, что лучше бы он убил меня несколькими минутами ранее. Потому что даже смерть не была таким страшным наказанием, чем то, что придумал Дэн Белов.

***Макс

— Повтори, что ты сказала?

— Белый клык.

Мои руки затряслись, но только не от страха, а от ярости. Как он посмел явиться сюда и тронуть то, что нам дорого.

— Так вот с кем ты повязан, мразь? — обернулся я к дяде Паше, который от испуга был готов хлопнуться в обморок.

— Максим, я… я… — залепетал он, вжав голову в плечи.

— Выкладывай, почему он украл Элю?

— Я не знаю…

— Знаешь, еще как знаешь! — рявкнул я, чувствуя, как волчья сущность рвется наружу.