Игрушка для двух братьев

— Сын мой! — воскликнула мама, едва я закрыл за собой дверь. — Дай на тебя поглядеть! Какой красавец! Чистокровный русский волк!"

"Наша мама всегда была такой — любила упомянуть наше идеальное происхождение даже тогда, когда этого не требовалось. Например, сейчас мне было бы достаточно услышать от нее пару добрых слов и почувствовать тепло материнских объятий.

Впрочем второе последовало довольно скоро, стоило мне поприветствовать ее в ответ.

— Максим, — показался отец в дверях и ограничился лишь коротким кивком головы.

Вот уж от кого не дождешься проявления эмоций. Еще и отхватишь за какой-нибудь косяк.

— Пойдемте за стол, там поговорим, — мама утянула меня за собой, и я почуял аппетитный запах запеченного мяса, исходивший со стороны столовой.

***— Как продвигается сделка со шведами?

— Нормально. Осталось уладить некоторые формальные вопросы. Думаю, мы сможем выйти на европейский рынок уже в этом году, — я отрезал большой кусок мяса и отправил в рот, наслаждаясь его вкусом.

Что-что, а готовила наша мама отменно.

— То есть вы с братом решили идти до конца?

Мне показалось, или я уловил сердитые нотки в голосе отца?

— Да, почему нет?

— Я не одобрил эту сделку.

Нет, не показалось — отец, действительно, сердился.

— Отец, эта сделка принесет нам выгоду в шестизначных цифрах.

— Она принесет раздор в нашу стаю.

— С чего ты так решил?

— Разве вы сами с Эмилем этого не понимаете? Сделка была заключена с участием этой… этой наглой человеческой девчонки! — отец завелся ни на шутку.

Впрочем, как и я. Сжал в руках нож и вилку, однако виду подавать не стал.

— Пора бы тебе перестать делить весь мир на людей и волков.

Мама ахнула, услышав мои слова. Ну все, кажется, начался второй акт Марлезонского балета…

— Максим, ты слышишь себя?! Откуда ты набрался этой чуши?

— Ладно бы мы слышали это от Эмиля, но от тебя?!

Я молчал, понимая, что вступать в дискуссию — все равно, что наступить на мину.

— Элла, тут все понятно и без слов. Наши сыновья спутались с этой девчонкой и совсем потеряли голову! Голову и гордость! Она точно опоила их дурман-травой, ведьма такая…

— Отец, хватит! — все-таки не удержался я и прервал разошедшегося отца. — Это уже слишком.

Я не собирался слушать оскорбления в адрес Эли.

Однако отца уже несло по полной.

— Нет, не хватит! Как вы не понимаете, она вам не ровня.