Игрушка для бизнесмена

Положив на стол локоть и подперев лоб пальцами, он молча изучает меня, пока я делаю то же самое. Жадно скольжу глазами по его лицу, забывая обо всем на свете!

Его волосы влажные, спортивная футболка с капюшоном и без рукавов открывает вид на рельефные бицепсы и покрытые темными волосками предплечья.

Облизнув губы, протягиваю руку, слишком поздно понимая, что жидко-кристаллическая поверхность экрана никогда и ни за что не сможет передать тепло и запах его кожи. Но взгляд, которым он исследует меня саму, поджигает каждую клетку тела…

Злясь от того, что не могу до него дотронуться, сипловато говорю:

— Кажется… ты говорил про адскую жару…

— Кхм… что? — переспрашивает, тряхнув головой, но не отрывая глаз от экрана.

— Жара… ты… говорил про жару… — бормочу, все же проводя пальцами по линии его плеч.

Потирая свою бороду, бросает взгляд на широкие окна у себя за спиной.

За ними темно и совершенно точно идет невообразимый дождь, который заливает стекла сплошным непрерывным потоком, а потом небо и вовсе рассекает молния.

Вздрогнув от громового раската, смотрю на экран не моргая.

— Сезон дождей, — поясняет Рома, отворачиваясь от окна.

Опустив подбородок, смотрю на футболку, в которую одета.

На его губах появляется что-то вроде улыбки, когда с независимым видом пожимаю плечом. Гадать во что я одета ему не пришлось бы больше тридцати секунд, потому что плечи его футболки скатились до моих локтей, а фирменная эмблема под ключицей оставляет еще меньше вариантов.

— Так как дела? — откидывается он на спинку стула.

Увитые венами оголенные бицепсы предстаю во всей красе, когда забрасывает за голову руки.

— Мне выписали целую тонну витаминов и… черт знает чего еще, — отвернувшись к окну, прячу от него лицо. — Я даже не уверена что смогу проглотить все это за один присест.

— Это проблема, — тихо резюмирует он. — Как ты себя чувствуешь, волчонок?

— Как беременная, — выдыхаю, пораженная нотками нежности в его голосе.

Не могу вспомнить, когда в последний раз кто-то делал это для меня! Дарил эту проклятую нежность, от которой ноет в груди.

— Поверю на слово, — отзывается Рома.

За моим окном тоже темно, но здание соседнего небоскреба прямо напротив не позволяет забыть о том, где я нахожусь, хотя присутствия господина Геца по ту сторону экрана достаточно для того, чтобы мое местонахождение перестало иметь для меня значение.

Кажется, результаты моих анализов вызвали у врача приступ зубной боли.