Японская война 1904. Книга вторая

Коллежский секретарь Огинский покачал головой, а потом снова сосредоточился на отчетах, которые ему нужно было просмотреть.

Вагон начал стучать, перебегая стрелки на подходе к Москве, и Владимир Иванович все-таки отложил бумаги. Иногда лучше подождать и потом сделать больше, чем рвать жилы и в итоге не успеть. Вот его младший брат решил, что будет строить карьеру на войне, даже остался в свите Куропаткина, потерявшего свой министерский портфель. И стоило ли оно того? Коллежский секретарь покачал головой, про себя, впрочем, радуясь, что скоро увидит Кирилла.

Не то что этим выскочкам… Огинский на мгновение задумался, кто в последние годы умудряется прорваться в министерские кресла. Низкие люди с низкими мотивами, но даже они могли посвящать себя работе и за это можно было простить им некоторые слабости. С другой стороны… В окне показались платформы и фонари Николаевского вокзала: сегодня там было не очень людно. Что и не удивительно, учитывая, какой человек должен был присоединиться к их поездке.

Враг их партии, но в то же время Владимир Иванович искренне уважал Сергея Александровича. Великий князь, дядя царя, председатель Православного палестинского общества и Исторического музея — даже тень Кровавого воскресенья не омрачила его славы. И вот они вместе с Сергеем Юльевичем Витте вместе отправятся на Дальний Восток… Коллежский секретарь на мгновение задумался, почему и ради чего такой интерес к той малой войне.

Резкий гудок. Владимир Иванович чуть не уронил правый подсвечник, когда, обгоняя их на считанные метры, к соседней платформе подошел еще один поезд. Тоже министерский… Потребовалась всего пара мгновений, чтобы узнать поставленный третьим в состав вагон Вячеслава Константиновича Плеве. Мысли Огинского заметались, пытаясь понять, что это могло бы значить, но тут из-за окна донесся разговор обычных железнодорожных работников.

— Общий состав надо будет собрать."

"— Почти десять вагонов первого класса… Придется эшелон артиллерийского управления на запасные пути перевести.

— Ничего. Меньше будут стрелять, больше солдат выживет.

— А может, наоборот? Меньше будут стрелять, и больше наших убьют?

— Ну, ты какие-то глупости говоришь.

— А ты нет? У меня, кстати, младший брат сегодня на восток уезжает, добровольцем.

— Ну ладно тебе, не горячись.

— А чего не горячиться? Сегодня уедет, 15 июля там — лето, самое жаркое время на войне.