Игра в любовь

Она увидела, что они балансируют на краю утеса над бездной, в самом низу которой расстилается скалистая береговая линия могучего Северного моря. А из другого окна виднелась каменистая равнина, покрытая лощинами. Не самое безопасное место для того, чтобы успокаивать внезапно разнервничавшихся лошадей.

И вдруг до нее донесся странный звук, больше всего походивший на пронзительный женский визг, и все же это была не женщина. У Энн не было времени как следует над этим поразмыслить, потому что лошади вдруг встали на дыбы и испуганно заржали.

Тодд выругался и натянул поводья. Энн судорожно затолкала в сумочку брачный договор и вжалась в сиденье, стиснув в руке портрет. Если Тодд не удержит лошадей, они сбросят карету с обрыва.

Тодд вновь смачно выругался. Энн очень живо представила, как он, выпрямившись в полный рост на козлах, что есть силы тянет на себя вожжи. Карета сильно накренилась, вот-вот готовая перевернуться. Энн всем своим весом налегла на противоположную стенку. Она не хотела погибать. А тем более так глупо.

Раздался глухой удар, и она поняла, что одно из колес уже соскользнуло с края скалы. Господи Боже!

Тодд закричал, и ему снова ответил тот же леденящий кровь визг. Что это было?

Карета качнулась, и Энн почувствовала, как все четыре колеса опять очутились на ровной поверхности. Только она отважилась перевести дыхание, как вдруг лошади резко рванули в сторону и поволокли карету в противоположный бок по каменистой, испещренной ложбинами пустоши.

Все произошло в мгновение ока. Стоило им только обрести равновесие, как вот уже Энн почувствовала, что летит.

Карету кидало из стороны в сторону, подкидывало вверх. Девушку сбросило с сиденья, ноги запутались в многочисленных юбках, руками она, как могла, закрывалась, стараясь уберечь себя от увечий, что само по себе было бессмысленно, ведь их с Тоддом ждала неминуемая гибель — она знала это совершенно точно. Жить ей оставалось считанные секунды.

И теперь ей уже никогда не удастся встретиться со своим мужем.

Наверное, она поступила правильно, что не стала готовиться к знакомству.

Тодд бранился на чем свет стоит, но с лошадьми совладать не мог.

— Я обрежу упряжь, — прокричал он. — Держитесь! Держитесь крепче!

Но не успела пассажирка за что-нибудь ухватиться, как раздался сильный скрежет и треск. Лошади понеслись в одну сторону, а коляска кубарем покатилась в другую, пока после сокрушительного удара не остановилась.

Энн открыла глаза. Ей понадобилось время, чтобы сообразить, где она находится.