Игра в любовь

Миссис Мак-Эван с дочерью занимались готовкой. Воздух был пропитан запахом свежевыпеченного хлеба. На сковородке шипело масло, в котором жарились колбаски.

— Доброе утро, миледи, — радостно поприветствовала ее миссис Мак-Эван. — Хотите чашечку чая перед завтраком? Я как раз поставила кипятиться воду в котелке.

— Спасибо, не откажусь, — ответила Энн. Ей нравилась суета, царящая на кухне, а еще она удивилась, обнаружив там Хью. Он затаился было в кладовой, но, как только она появилась, вышел из укрытия.

— Доброе утро, миледи, — сказал он немного застенчиво.

— Доброе утро, — неуверенно ответила она, а потом заметила легкий румянец на щеках Финеллы. Так вот в чем дело…

Она постаралась спрятать улыбку, принимая от миссис Мак-Эван чашку с чаем. На столе стоял небольшой кувшинчик с молоком. Она как раз потянулась за ним, когда миссис Мак-Эван вдруг воскликнула:

— Что случилось с вашей шеей? Она вся красная!

Энн успела забыть о синяках. Она легонько потрогала шею:

— Пустяки. Уже почти не чувствуется.

— Пустяки?! — воскликнула миссис Мак-Эван. Глаза ее гневно сверкнули. — Тут следы от пальцев! Кто посмел это с вами сделать?

— Я имела неосторожность разбудить мужа…

Ей не дали больше сказать ни слова.

— Это лэрд такое сотворил? Господи милосердный!

— Тайболд никогда не поднял бы руку на женщину, — преданно заявил Хью.

— Он прав, — подчеркнула Энн. — Это было недоразумение.

— То есть он действительно вас душил? — не мог поверить Хью.

— Это вышло случайно. Я его разбудила.

Энн видела: что ни говори — все напрасно. Тогда она постаралась перевести разговор в более безопасное русло:

— Завтрак уже готов?"

"— Еще немного, — отрывисто произнесла миссис Мак-Эван, явно расстроенная этой новостью.

Энн пошла в большой зал. Айден уже сидел за столом и очень серьезно говорил о чем-то с Диконом, который скривился, стоило ей только войти… Показалось ли ей, или он действительно был не так сильно настроен против нее, как раньше?

Она искренне надеялась, что так оно и было.

Взойдя на возвышение, она могла бы занять место рядом с мужем, но ей внезапно стало неловко. Она едва могла на него смотреть. Как и вчера, на нем были кожаные бриджи, поношенные сапоги и белая рубаха. Он зачесал влажные волосы назад, она чувствовала тонкий запах его средства для бритья. Этот запах стал для нее чистым афродизиаком.

Она села как можно дальше от него.

Но он как будто этого и не заметил.