Игра в любовь

 — Может, тогда в Кельвине появится хоть немного порядка и здравого смысла.

— Мужчины о подобных вещах не задумываются, — заметила вторая.

— И, тем не менее, это позор. — С нею все согласились. — Кто-то должен прогнать этих разгульных девах.

— Как ты прогонишь дочерей винокура? — со смехом заметила одна из них.

Это было довольно точное замечание, но Энн его не услышала, потому что как раз в тот момент рыжеволосый паренек взял ее лошадь под уздцы.

— Мисс, вам помочь? Я собираюсь отвести Бьюмэнса в стойло.

Конь под ней привстал на задние ноги, словно давая ей понять, что и так терпел слишком долго. Он махнул в ее сторону своим широким хвостом.

— Я не могу спуститься, — призналась Энн.

— А-а.

Паренек огляделся кругом и убежал, чтобы буквально через несколько секунд вернуться с толстым бревном, около трех футов высотой, которое использовалось в качестве подножки. Энн была рада возможности спешиться красиво. И все же Бьюмэнс был настолько велик, что и подножка мало помогала.

Но люди были куда более поглощены собой, чем выкрутасами незнакомки. Толпа начала расходиться. Охотники вернулись назад с добычей, и больше задерживаться здесь не было смысла, разве что ради последнего бочонка с элем. Люди вокруг нее прощались или договаривались о планах на завтра. По-юношески практичный мальчишка-конюх ушел, уводя за собой коня. А Энн так и осталась стоять на подножке.

Он больше не пил с Фангом. Теперь его окружали те самые женщины, что ранее встречали Хью. «Девочки-виски». Они, глазом не моргнув, переключились с Хью на Айдена.

Одна из «девочек-виски», смеясь, взъерошила волосы на голове у Айдена. Было в этом жесте столько фамильярности, что у Энн кровь закипела в жилах. Все трое явно были сестрами, с одинаковыми угольно-черными волосами и пышными, покачивающимися грудями, которые они самым бесстыдным образом выпячивали, сознательно провоцируя ее мужа.

Потом эта шлюшка, которая играла с волосами Айдена, взяла его руку с кружкой и принялась тереться об нее своей грудью, норовящей вывалиться из тесного лифа чересчур вызывающего платья. Под натянутой материей отчетливо обозначились торчащие соски.

И Айден ничуть не возражал.