Игра в любовь

— Хорошо, давайте же, наконец, сдвинем с него этот чертов камень, — сказал Фанг, беря на себя командование.

Он расставил всех по местам, и на счет три они навалились на валун всем своим весом.

— А теперь осторожно. Нужно его приподнять, а то мы еще больше его искалечим.

С помощью еще нескольких человек они без труда подняли массивную каменную глыбу. Дикон охнул от боли. На лбу выступили капли пота.

— Насколько все плохо? — спросил он у Фанга. Старик покачал головой.

— Здесь сильный перелом. Мы сейчас наложим шину, но лэрд наверняка захочет послать в Инвернесс за хирургом.

— Мне не нужен хирург, — уперся Дикон.

— А что, лучше вообще остаться без ноги? — возразил Айден.

Дикон взмахом руки подозвал Хью и Томаса.

— Помогите мне подняться.

Они исполнили его просьбу. Вторая нога была вывернута, но не сломана, поэтому он мог поддерживать равновесие, хоть это и было для него весьма болезненно. Айден снова собрался настаивать на хирургическом вмешательстве, но Дикон его уже не слушал. Он смотрел на Кору.

— Думаешь, я ей нужен такой? — спросил он.

Айдену не понадобилось даже спрашивать, кого он имеет в виду.

— Думаю, нужно быть совсем без мозгов, чтобы позволить такому упертому дурню за собой волочиться. — Он наткнулся на изумленный взгляд Дикона и тут же добавил; — Но она любит тебя. Ты счастливчик, Дикон Ганн, цени это — ее любовь дорогого стоит.

Забавно, но еще две недели назад он бы такого не сказал.

— Но будет ли она любить меня, если я не смогу больше ходить?

— Об этом ты должен спросить ее, — ответил Айден.

Дикон глубоко вздохнул.

— Что ж, друзья, пойдемте. Отведите меня к ней.

Хью и Томас скрестили руки в виде импровизированного сиденья. Это было не лучшим средством транспортировки для раненого, но единственным, какое у них было на тот момент.

— Я думаю, она примет тебя любым, — тихо сказал Айден Дикону за миг до того, как Кора оказалась перед ними.

Взгляды их встретились. Какая-то искорка пробежала между ними. Даже Айден чувствовал силу их взаимного притяжения. Тогда он сказал:

— Это был самый глупый поступок в твоей жизни, Дикон Ганн.

— Такого больше не повторится, — пообещал он.