Идеальный мир для Лекаря #7

 — Или боишься, что твое место займет?

— Ты о чем? — делано удивился Гришанов, но здоровяка это не проняло.

— Да всё ты знаешь, — махнул он рукой. — Или хочешь поговорить об этом прямо сейчас?

— Ладно, хватит ругаться, — остановил не начавшуюся перепалку Курчатов, что также присутствовал на этом собрании. — Нельзя обижать слабых. У Булатова и так проблемы, зачем добивать и без того почти вымерший Род?

— Граф, я всегда поражался вашему милосердию и доброте, но Булатов — это дикий зверь, которого надо усыпить.

— Валентин, во-первых мы выслушали лишь твое мнение, Снегирёвой здесь, к сожалению, нет, — Курчатов сделал маленький глоток, и по-доброму улыбнулся. — А во-вторых, у нас нет никаких доказательств. А будь они, я бы сам лично остановил его, — пожал он плечами. Давайте не будем делать поспешных выводов, мы же все соседи, нужно быть добрее друг к другу.

— Но как это терпеть? — выкрикнул барон, но снова встретившись взглядами с графом, сразу сник. А спустя секунду на его лице появилась довольная ухмылка. — А как вам такие доказательства?

В руках Валентина появился телефон, где он сразу начал воспроизводить запись. На ней можно было увидеть падение самолета, после чего запись «неожиданно» прервалась.

— Так вот где он! — воскликнул один из присутствующих, мужчина лет пятидесяти, высокий и худой, всё лицо испещрено морщинами, а взгляд цепкий и хитрый.

— Граф Водонаев? — удивился Гушин, — Что-то не так?

— Это мой транспортник! — тот ткнул в экран. — Точно говорю, мой! Вчера мои люди потеряли с ним связь, и никак не могли найти место крушения. Барон Гришанов, давайте обсудим с вами компенсацию. Я бы хотел забрать свой самолет с ваших земель. Думаю, насчет суммы мы точно сойдемся.

— Я бы с удовольствием предоставил вам его бесплатно, — пожал плечами барон. — Но Булатов… Он вероломно вторгся на мои земли и расстрелял экипаж вашего самолета.

Водонаев стоял, сокрушенно мотал головой, охал и обильно потел. Всё потому, что он действительно не знал, куда ночью летали его самолеты. Дал сыну-идиоту указание испытать четыре новые игрушки, а тот, придурок, полетел бомбить первого попавшегося слабого аристократа! Мол, для верности эксперимента.