Идеальна для меня

Зажав рот рукой, я сдержала писк, а затем сглотнула ком в горле и холодно добавила. — Я не буду ничего подписывать. Ни сегодня, ни завтра — ни когда бы то ни было. Уясни это раз и навсегда.

— Убеждена? — с холодной уверенность осведомился Конрад, и послышался его надменный смешок. Этот человек был уверен в себе абсолютно и бесповоротно, словно какой-то двуликий Янус."

"— Ни один юрист не позволит тебе подписать контракт за меня и проследит за тем, чтобы все было честно, — сжав пальцами бока, я пыталась поймать равновесие, потому как голова заметно закружилась.

Перед глазами все еще стоял облик Авторы и ее тесты на беременность. Конрад даже не пытался объяснить это, как и секс в кабинете во время ланча. Но он и не должен был. Босс никогда и не перед кем не оправдывался — это было его кредо.

— Любой адвокат сделает так, как хочу я, Эмми. Любой. Если у него есть хоть капля инстинкта самосохранения. Как и друг Рона Харингтона не решился помогать тебе с расторжением рабочего договора, помнишь? Есть люди, которые создают закон.

А есть те, кто его выполняет, — делая паузу почти после каждого слова, он будто пытался втемяшить мне это в голову, отпечатать на подкорке. А быть может, даже себе. — Тебе бы лучше открыть мне дверь сейчас и по-хорошему. Иначе, когда я вернусь спустя час, разговор будет в другом тоне. Но нам все равно придется поговорить.

«Он отчитывает тебя, как провинившуюся школьницу?!» — ахнула я от его наглости, ударив своим кулаком по двери. Сил внутри было мало, так что удар больше походил на детский и совсем не значительный.

Только вот боль, разлетевшаяся импульсами по руке, была вполне реальной. Я прижала кисть к себе и зашипела, на глазах выступили слезы. Ручка двери задергалась, я отступила назад, действительно решив, что сейчас Конрад просто вырвет деревянную конструкцию с петель.

— Дьявол… Открой эту гребаную дверь! — прокричал он. Новый удар обрушился на стену, и ваза на столе рядом с ней содрогнулась, цветок качнулся и упал вместе со всем содержимым на пол.

— ЭММИ!

— Иди на хрен, Конрад Шульц! Иди прямиком к своей беременной жене или… Не знаю, какой-нибудь другой женщине, с которой ты еще спал! Мне плевать! — в тон ему прокричала я, переводя взгляд с двери на лужу от разбившейся вазы. Она очень сильно напоминала мое теперешнее внутреннее состояние. — Не хочу тебя видеть, когда же ты это наконец поймешь?

Он сделал последний рывок, а затем просто остановился. Послышался резкий, глубокий выдох, а затем протяжный вдох.