Ярроу 2. Королевский тысячелистник

Достоверно известно, что он был синтезирован в 1540 году Валерием Кордусом, который назвал его «сладким купоросным маслом» (лат. oleum dulce vitrioli), поскольку получил его перегонкой смеси этилового спирта и серной кислоты, которая тогда называлась «купоросным маслом». Кордус также отметил его анестезирующие свойства. В 1680 году Роберт Бойль вторично синтезировал эфир. Затем в 1704 году Исаак Ньютон открыл эфир в третий раз, в поисках синтеза искусственного золота. Название «эфир» было дано этому веществу в 1729 году Фробениусом.

"В 1794 году эфир был испытан для вдыханий с целью уменьшения болей. Первыми в России эфирный наркоз в хирургии для проведения операций успешно применили независимо друг от друга русские учёные Фёдор Иноземцев (7 февраля 1847 года) и Николай Пирогов (14 февраля того же года). В том же году оба русских хирурга, относившиеся друг к другу как к соперникам и конкурентам, выполнили по нескольку десятков успешных операций с применением такого наркоза.

В медицине используется в качестве лекарственного средства общеанестезирующего действия, так как его влияние на нейронные мембраны и свойство «обездвиживать» ЦНС очень специфично и полностью обратимо.

Выдающийся отечественный хирург Н.И. Пирогов первым в истории медицины начал оперировать раненых с эфирным обезболиванием в полевых условиях и всего провел около десяти тысяч операций под эфирным наркозом.

Глава 9

Интерлюдия- В казне мышь повесилась, - Ратир Первый стоял у витражного окна и смотрел вдаль, - Николас, все твои, как ты там их называешь, эксперименты? Изыскания? Исследования? Обходятся нашему ""карману"" чрезмерно дорого. Вложено много, но отдачи я не вижу. И когда всё окупится?

- Отец, - Ник сидел на кресле и задумчиво смотрел перед собой, - скоро, очень скоро всё окупится. Вот образцы стеклянной продукции везу в Бобхоа.

- Хорошо, коли так, - король потёр уставшие глаза и обернулся к сыну, - завтра у меня апирация, волнительно мне что-то. Более того, страшно признаться, душа уходит в пятки.

Сказать родному сыну о своей слабости для Ратира не было унижением. Николас - прекрасный человек и единственный, кто не посмеётся над его переживаниями.