Япона осень (СИ)

Мол, их дело — тащить волокуши и строить вышки, а всё остальное — сами, сами…

Но после того, как я пообещал нарубить плотов у ближайшей рощи и оставить придурков топать вперёд в одиночестве — они тут же согласились, что вели себя нехорошо. Да и к тяжёлым делам мы их особо не привлекали: просто передали часть поклажи тех, кто рубил траву перед отрядом. В общем, всё разрешилось почти что мирно.

К обеду добрались до точки, где удобно было разместить вторую вышку. Это был длинный холмик, растянувшийся вдоль берега реки.

А вот я, пока чистили и утаптывали площадку, прикинул скорость нашего движения… И немного загрустил.

За полдня отряд прошёл меньше десяти километров… По моему скромному мнению, если мы и дальше так плестись будем — как раз доберёмся до фактории к моменту, когда вся эта зелёная поросль успеет пожухнуть. Впрочем, как ни крути, деваться было некуда…

Сердечно простившись после обеда с группой строителей и ещё десятком волокуш, мы наконец-то двинулись дальше.

Идти стало ещё тяжелее. Рубить траву — тоже. Впрочем, самые большие проблемы возникли с тем, чтобы дождик не смыл глину, которой мы поливали дорогу.

А когда мы добрались до будущей третьей вышки — у нас кончилась глина. И это означало, что дальше наш отряд в этот день никуда не пойдёт. Ну, пока не дождёмся плотов из Алтарного. Пустые горшки были сложены на берегу реки горкой, чтобы их сразу с воды увидели, а мы начали обустраиваться на ночлег, хоть солнце ещё стояло высоко.

На секундочку, от нашего лагеря по-прежнему виднелась вершина скалы Алтарного! И это был наш результат почти за день пути! Однако моих переживаний никто не разделял. А Кэт и вовсе открытым текстом заявила: хорошо, мол, что сегодня больше не придётся идти.

— Вано, может, ты и двужильный, но все остальные устали. Даже Русый вымотался носиться по округе! Дай ты наконец-то людям отдохнуть! — возмутилась девушка.