Япона осень (СИ)

Но есть ещё кое-что странное и удивительное… Те, кто сумел переправиться через реку, говорят, что русские сумели проложить дорогу вдоль берега. Это, скорее, тропинка, конечно… В лучшем случае, пройдут два человека в ряд. Но трава на ней совсем не растёт!..

Однако всё это мелочи… Важнее то, что я с трудом вытерпел этот трёхдневный поход. А в конце этого похода, к тому же, узнал шокирующие новости…

Но не буду забегать вперёд.

Итак, наш небольшой отряд, который возглавляет господин Иендо, выбрался к реке.

Там, на нашем берегу, была выкошена круглая поляна. И на ней совсем не росла трава! А на этой круглой поляне стоял навес. Выглядело странно и подозрительно…

Однако господин Иендо смело направился к навесу и вошёл внутрь. А когда мы все втянулись за ним, то обнаружили внутри — не поверите — русских!..

Я сначала подумал о предательстве, о всяком таком… И лишь потом догадался, что господин Иендо собирается вести переговоры с русскими! От лица всего дома Аоки! А дом — это большая фракция.

Я скромно присел в сторонке на заранее приготовленные стулья. И стал слушать. Мне почему-то показалось, что я присутствую при каком-то историческом моменте. Мы же воюем с русскими, так зачем с ними говорить?

Папа, мама, я не ошибся! Это были исторические переговоры. Вот только не знаю, пойдут ли они на пользу нашему народу… В любом случае, я запомнил их слово в слово.

— Господин Кукушкин! Рад наконец-то встретиться с вами! — господин Иендо коротко поклонился, не вставая со стула.

— Не могу сказать того же, господин Иендо… — мрачно отозвался строгий человек с аккуратной бородой и в белоснежном костюме.

— Поверьте, господин Кукушкин: наше общение может быть очень плодотворным! — заверил его Иендо, дождавшись перевода. — Буду честен с вами: изначально оно несколько не заладилось…

Видимо, у господина Иендо была заготовлена целая речь.

— Не заладилось? — переспросил он, постучав пальцами по столу.

И даже не стал дожидаться ответа:

— Я бы сказал, что наше общение отменилось надолго, после того как вы прислали в качестве главы посольства какого-то фашиста.