Я заберу свою дочь

Дорогая, - всхлипывает, смотрит на меня глазами побитой собаки, - В это сложно поверить. Он слишком хорошо играет. Но Дорофеев вышел, начнется война, а ты для него идеальное орудие мести. Достать отца, отомстить тебе, Надя ему нужна для мести его бывшей. Он ее… хорошая была женщина.

- Хорошая? – смотрю на нее с недоверием. – Она ребенка бросила! Инсценировала его смерть!

- Она хотела освободиться от Константина. Больше не могла терпеть его мучения. Договорилась, что девочку перевезут в другое место. А потом и она сбежит.

Тем более ребенок не его был. Но Костя он же не отпускал, измывался над ней. Изменял. А ее держал в четырех стенах. Поверь, эта женщина через ад прошла. Костя и замуж ее шантажом заставил выйти, разлучил с возлюбленным, от которого она и забеременела. Встретились тайком, неугасшая любовь вспыхнула. Так и появилась Надя. Они просто хотели счастья… А он посадил ее любимого Богдана за решетку. Сфабриковал дело…

- Богдан? – в памяти всплывает статный мужчина, после которого я нашла ту фотографию.

- Да! Знаешь его? Он был другом Кости. Но этого человека ничто не останавливает. Лучшего друга обобрал до нитки и за решетку, - снова роется в сумочке. - Вот! – всовывает мне в руки фотографии.

На них тот же Богдан, и в то же время совершенно другой человек. Осунувшийся бледный в камере, несколько снимков, как он лежит грязный на улице, потом его же фото под капельницей.

- Жутко… - протягиваю хрипло.

- Это еще далеко не все. Но поверь мне, Константин всю жизнь измывается над женщинами.

А уж к тебе… прости… у него «особое» отношение.

- А его жена? Кто она?

- Я была с ней дружна… сломал он ее… уничтожил… Милейшая женщина была. Добрая, открытая, - закрывает лицо руками, сотрясается от рыданий.

- А с тобой, что он сделал?

- Лучше не спрашивай, - утыкается мне лицом в грудь. – Любочка, родная моя, я хочу тебя спасти. Просто доверься мне, и вы ни в чем с детьми не будете нуждаться.

- Что ты предлагаешь? – спрашиваю сквозь усиливающуюся боль в груди.

- Для начала не разводись с Вениамином. Да, твой муж тот еще фрукт. Но сейчас он хоть и плохенькая, но подушка безопасности. Так мы оттянем время. Не дадим Косте прибрать к рукам Надю и тебя. А дальше… - замолкает, продолжает плакать и всхлипывать.

- Что дальше, Слав?

***

Очень смутно помню, как мы вернулись домой. Я двигалась что-то делала, но скорее как работ. Разговор со Славой разбередил душу и еще сильнее взрастил зерна сомнений.