Я все еще не царь. Книга XXVI

Не работал свет, но это не было проблемой.

— Послушайте… — попытался сказать Холмс, но перед его носом закрыли окошко.

— Они даже не стали нас слушать! — возмутился Ватсон.

— Некомпетентно, конечно, — вздохнул Холмс и сел на стул.

— Еще и заключенные кричат. Думаете, наше правительство нас вытащит?"

"— На этот счет у начальника королевской гвардии есть протокол. Правда, он начнет действовать через сутки.

Ватсон сел на нары и прилег.

— Тогда будем ждать. Надеюсь с нами ничего не случиться.

Холмс же промолчал.

Прошло десять минут, а заключенные продолжали шуметь и стучать кружками по прутьям. Но в один момент все прекратилось. Причем, настолько резко, что Ватсон проснулся, а Холмс встал.

Послышались тихие медленные шаги. Все ближе и ближе к их камере.

Свет мелькнул и включился. А шаги в коридоре прекратились.

— За дверью… — прошептал Ватсон.

Легкая волна энергии прошлась по двери, послышался скрип и замок щелкнул.

В камеру зашел…

— Ты! Это ты все спланировал! — воскликнул Холмс. — Князь Кузнецов!

— Ага, — нисколько не скрывая, кивнул он, зашел внутрь и закрыл за собой дверь камеры. — И что ты мне сделаешь?

Холмс оценил уверенность парня и сделал пару выводов. После спокойно прошел за стол и сел.

— Как ты узнал⁈

— Думаешь, я не пойму, что в телефоне Данилы прослушивающий жучок? Думаешь, я не узнаю про твою вымышленную личность любовника графини Кантемировой-Пожарской? Ты думал, что на шаг впереди, а оказался на два позади.

— Я так понимаю, охрана изолятора подкуплена?

— Нет. Никто не знает, что я тут, — улыбнулся Михаил.

Холмс несколько секунд смотрел князю в глаза, но не нашел в них лжи.

— Пришел, чтобы убить нас?

— Зачем? Вы гораздо ценнее для меня живыми. Особенно ты, Шерман Холмс. Твой помощник мне безразличен. Я хочу знать, зачем вам за мной следить и копать под меня? Если ответите верно, то у вас будет возможность вернуться в Лондон сегодня же вечером.

— Почему мы должны тебе верить?

— А у вас нет другого выбора, — спокойно ответил Кузнецов, прогуливаясь по камере.

Холмс и сам это понимал. У него не было никаких козырей, чтобы крыть карты молодого князя.

— Все твои записи обо мне, я нашел и уничтожил. Да, даже на телефоне, в засекреченной папке под названием «Машинки», — продолжил Кузнецов. — Все электронные копии также уничтожены. Про бумажные даже не говорю.