Я тебя съем

Рваный взволнованный выдох, пальцы нежно ложатся чуть ниже середины спины, где морда огромного волка угрожающе скалится.

– Что он означает? – осторожно интересуется Аля.

– Это настоящий я. Волк – моя сущность.

– Ты не такой, – отвечает она не раздумывая. Пробегается подушечками пальцев по плечам и шее. – А почему ветви с шипами?

– А что плохого в звере? Волк – воплощение верности и терпения.

– Волки – безжалостные хищники.

Я поворачиваюсь к Алине лицом.

– Зверь безжалостен лишь тогда, когда кто-то угрожает его стае, а в остальном мы милые пушистики.

 – Улыбаюсь и получаю улыбку в ответ. – А шипы добавили к ветвям для эффектности. – Переворачиваюсь на спину. – Чтобы казаться круче, чем есть на самом деле.

Алина насмешливо фырчит, склоняется, кладет ладонь мне на грудь.

– Я не хотела тебя будить, – говорит тихо.

– Не беспокойся, я выспался. Чем занималась?

– Смотрела какую-то передачу.

– Иди ко мне. – Я притягиваю девушку и укладываю на себя.

Не сопротивляется, распластывается и прижимается щекой.

Теплая, расслабленная. От ее волос исходит сводящий с ума аромат, хочется не размыкать объятий и не отпускать, эгоистично наслаждаться только самому. Аля щекочет своим дыханием, отрывается и невесомо целует плечо. Еще и еще. Спускается к груди.

– Ты зачем это делаешь? Ты понимаешь, как я тебя хочу? – уточняю я.

Кивает.

– И я тебя хочу, – Аля отвечает тихо.

– Так я весь твой, – я смеюсь, раскидываю руки, давая свободу в действиях.

Аля смотрит так внимательно, что улыбка начинает сползать с моего лица.

– Я… – замолкает она на мгновение. – Я не знаю, как ты любишь. – Отталкивается и садится на мои бедра, собирая пальцами подол сарафана. – У меня был один мужчина. – Склоняет голову, утыкаясь взглядом куда-то в стену. – И я знаю только, как нравилось ему. – Ее теплые ладони проходятся по груди снизу вверх.

А мышцы сводит от ее прикосновений. «Она касалась его так же, как и меня сейчас», – болезненно пульсирует в голове. Вот так же неуверенно и нежно.

– Больше не упоминай о нем, – я реагирую моментально.

Тело каменеет, дрожь прокатывается по мышцам – зверь в ярости.

Аля отдергивает руки и шепчет испуганно.

– Прости. Я просто хотела сказать, что не умею делать приятно. – Пытается встать.

Пресекаю попытку, жестко придавливая женские бедра.

– Мне будет приятно все, что бы ты ни делала. – Я стараюсь вернуть спокойствие, закрываю глаза и несколько раз глубоко вдыхаю.

Я кожей чувствую ее пристальный взгляд, он блуждает по груди и шее, лицу и губам.