Я тебя не отпускал (СИ)

Варюша периодически вытаскивает игрушку у него из рук, и всовывает другую. Марк сжимает её пальцами. Подушечки чуть заметно скользят, словно изучая материал.

Через минуту, Варюша вытаскивает и эту. И, попищав следующей, всовывает в руки Марку. Он, ритмично нажимая на игрушку, начинает ей пищать. Взгляд оживает. Ему нужно обязательно включать музыку!

Варя хохочет, хлопая в ладони.

Замечательно! Пусть играют.

Чуть дальше на батуте читает что-то в телефоне Тиша, я попросила его тоже присматривать, пока не будет меня.

Под батутом горят два хищных глаза. Арс…

— Валя, — обращаюсь к няне. — Ты же работала в других семье с ребенком-аутистом, — я выбрала её именно поэтому, несмотря на возраст. — Может быть можешь порекомендовать каких-то хороших врачей. Для Марка.

— Конечно! Я Вам контакты сообщением отправлю. Одного профессора.

Варюша поднимается на ноги и, делая пару неуверенных шагов ко мне, обнимает, утыкаясь лицом в грудь. Потискав её, глажу по голове и Марка. Сердце сжимается от того, что ему не в кого так уткнуться и получить свою порцию нежностей.

— Наталья не заходила?

Няня отрицательно качает головой.

— Злата, опаздываем.

Возвращаюсь к ждущем меня Демиду.

— Если что сразу же…

— … Позвоним! — улыбается Валя.

Я параноик, да.

В кухне какой-то шум. Мы заглядываем туда.

— Это безвкусно! — швыряет тарелку в раковину Наталья. — Вы готовить разучились? Я Вас уволю.

В какой момент в Наталье появилась эта надменность? При Альберте она была скромной тенью!

Повар поднимает на Демида хмурый взгляд, поджимая губы.

Стоя к нам спиной, Наталья шарится в дверце большого холодильника. Там лекарства, я помню.

— Где они?… — рассыпает блистеры с таблетками на пол.

— У меня, — сдержанно отвечает ей в спину Дэм. — Вторую баночку я тоже забрал.

Замирает, растерянно разворачивается.

— Можно тебя?

Уводит её из кухни.

— Злата Романовна, что желаете на ужин? — отмирает повар.

— На Ваше усмотрение, — сдержанно улыбаюсь, пытаясь сгладить неприятный момент. — Детям — молочную кашу.

За моей спиной Дэм негромко, но грозно объясняет Наталье, что персонал нанимает и увольняет в этом доме только он.

— Пока мой муж жив, я в этом доме тоже ещё хозяйка! — обиженно.

— Господи… — вздыхает он. — Почитай сообщения, Наталья. Нельзя же так!

— Какие сообщения?

— Отец скончался вчера!

— А вы всё и рады, да? — с надрывом.