Я тебя не отпускал (СИ)

— Отвернутся, — ухмыляется он.

Демид поднимает меня под ягодицы. Несёт в дом. Охранник открывает нам двери. Заносит меня в тёмную гардеробную. Вжимая в стену, задирает платье.

— Ты что?! — сдавленно шепчу я, вырываясь.

Хотя между бёдер пульсирует так, что кружится голова и сводит тело.

— Чч… Две минуты…

Слышу звук расстёгивающейся ширинки. Не успеваю пикнуть, как он зажимает мне рот и требовательно дёргает ногу выше, схватив под бедро. Член обжигает мою кожу. И я зажмуриваюсь, не в силах сопротивляться его напору.

Я неожиданно мокрая и раскалённая для него. И мне снова кажется, что он такой большой… Болезненные ощущения от его толчка оглушают подкатившим тут же оргазмом. Который не случается! Но каждый следующий толчок держит меня на обрыве, в который я вот-вот…

Мне никогда не было так остро, так много, так неконтролируемо! Я даже забываю где мы. И что люди кругом.

Готова умолять, чтобы он дал мне упасть скорее в эту пропасть. Желаю этих болезненных жгущих ощущений растяжения.

Торопя его, инстинктивно впиваюсь пальцами в холодную одежду, его шею, волосы… Одежда, сметённая нами с вешалок, падает на пол. Сами вешалки с грохотом бьются об плитку.

Дэм смещает ладонь мне на затылок, обжигает языком мои губы, засовывая его мне в рот.

Вскрикнув, взрываюсь, теряя полностью ориентацию и сдавленно кричу от острого невыносимого удовольствия.

— Фак… — рычит он, вдалбливаясь в меня резко несколько раз.

Вздрогнув, сжимается на мгновение… и сразу же расслабляется.

Кладу голову ему на плечо. Хочется сказать, что у нас будет малыш. Но я не уверенна в этом.

— Ещё хочу… — улыбаясь, шепчет он.

— До комнаты не мог потерпеть?! — вяло бормочу я.

— Нет! Да и у нас важное мероприятие с утра. Всём надо отоспаться. Мы полумёртвые.

— Какое?

— Вендетта! — прохладно ухмыляется он.

— Демид Альбертович?…

Рывком поднимает меня на ноги. Поправляет юбку. Застёгивает ширинку.

Я готова сквозь пол провалиться!

— Вещи упали, — как ни в чем не бывало разворачивается к нашей домработнице.

Включает в гардеробной свет.

Растерявшись, она поджимает губы.

Скинув верхнюю одежду, идём мимо неё в гостиную. Я — не поднимая глаз. Мне кажется, тут так пахнет нами и сексом, что других интерпретаций просто не может быть.

Пока Демид тискает радостную Варю, общается с бабушкой, я ищу глазами Тишу.

— Наверх пошел, — подсказывает мне Нина Андриановна.