Я тебя не отпускал (СИ)

Если он забухал, то везут в Петрозаводск. А в Петрозаводске Касим власти уже не имеет.

Переглядываемся.

— Я тебя понял. И что хирург часто бухает?

— Ага… Накатит и вырубается. Только и держат, что другого нет.

В Медвежьегорске нас ждут мои люди.

— Как фамилия у хирурга, помнишь?

— Помню.

Скидываю всю информацию своим. Хирурга в Медвежьегорске до утра не будет. А в Петрозаводске пусть Армаша Волковские ФСБшники встречают. Колено — мучительная травма и страшная. Чуть-чуть затянул и ампутация, потому что кровообращение в ноге восстановить потом нельзя.

Выкурил-таки Ольховский Дагиева из надёжного укрытия.

— А выбираться как будем?

— До усадьбы нашей дойдем, через всё точки по карте. Там гараж. Отец мне квадроцикл дарил, вездеход. Сядем, да уедем. Не по трассе, по просеке, где линия идёт с столбами до самого Медвежьегорска, — показывает по карте.

— Вот скажи мне, Тихий. Ты же заранее это всё придумал, да? Слёту такое не сочинишь.

Вздыхает, отводя взгляд.

— Не всё. Думал, смогу убить. Остальное — да.

— Ну, а что сразу-то не рассказал план свой?

— Вы бы не согласились.

— Конечно бы не согласились. Понимаешь почему?

— Риск…

— Ещё почему?

— Чтобы я не стрелял.

— Да.

— Думаешь, мы не правы?

— Правы. Но и я прав.

— Когда команда работает несогласовано, кто-то мутит свои темы, риски растут, эффективность падает. И ты можешь быть крутым стратегом, но работать с тобой никто не будет. Потому что, работая в команде, не надо быть гениальным, нужно быть предсказуемым для других членов команды.

— Извини меня.

— Месть стоит того, чтобы рисковать жизнями? Если мы не вернёмся, что будет со Златой, Варей, Марком? Нужна им будет твоя месть? Это только ударит по ним ещё сильнее. Злате будешь рассказывать сам о своих экзерсисах.

— Да ты что?! — испуганно. — Давай, не скажем?

— Она тоже в команде. Так что без вариантов.

Это сильно его отрезвит, надеюсь. Злата свирепа в вопросах безопасности.

Мы долго ещё обсуждаем произошедшее. Но деваться теперь некуда, и приходится следовать плану Тихого. Объективно он теперь разумнее.

Земля Ольховских отличатся от земли Петрика. Здесь каменисто. А связи нет совсем.

— Это порода? — поднимаю шершавый камень с острыми краями.

— Да.