Я слежу за тобой

Но возможно, она решит отдать ребенка на усыновление.

Меня словно под дых ударили. Наш внук…

Ребекка смотрит дочери в глаза.

– Это мы всё еще обсуждаем. Нужно о многом подумать. Выпускные. Колледж… – Голос Ребекки прерывается, а я чувствую ужасную бурю в животе.

– А не удастся ее отговорить? – Тони пришлось прочистить горло.

– Эмили самой решать. – Теперь Ребекка глядит на своего мужа. – Она, конечно, посоветуется с Люком. Нам же надо определить, чего мы все хотим. С точки зрения поддержки.

– Я уже сказал Эмили, что поддержу ее.

– Тебе бы стоило подумать о последствиях до того…

– Папа! Пожалуйста, не надо. Пожалуйста. – Голос Эмили еле слышен.

– Вы ожидаете услышать от нас что-то еще? Помимо того, что Эмили и Люк получат нашу полную поддержку? – Я чувствую, как сжался от напряжения левый кулак.

– Нет. – Ребекка задирает подбородок. – Я… Просто было необходимо убедиться, что всем понятно, какая сложилась ситуация.

Она встает, намекая нам, что пора уходить.

Я протягиваю Ребекке карточку с моим личным адресом электронной почты.

– Спасибо.

Мы расстаемся в молчании. Рук не пожимаем. Говорить больше не о чем.

Домой едем тоже молча. В свои семнадцать лет Люк станет отцом. Я хочу высказаться, сказать, что выращу внука. Они ни в коем случае не должны отказываться от ребенка. От ребенка Люка…

А когда мы въезжаем на дорожку перед домом, меня поджидает еще один сюрприз. Из почтового ящика торчит новая открытка.

Сейчас восемь вечера. А значит, тот, кто этим занимается, был у нашего дома.

Я ошарашенно стою у крыльца, представляя, как на этом же самом месте стоял чужой человек, и боюсь представить, что это значит. Для меня и для моей семьи. Понимаю, что должна была с самого начала отправиться в полицию. Рассказать Тони. А еще понимаю, что сегодняшняя ночь – не обо мне, не об Анне и не о том, что значат, а чего не значат эти открытки.

Сегодняшняя ночь – о Люке.

Я слежу…

09:00

Мне нравится, что ее грызут сомнения.

Вот почему мне нравится следить за людьми. Вот почему я должен это делать.

Даже не помню, как все началось. Только знаю, что это важно. Нужно следить, потому что это крайне важно – понять разницу в поведении человека, знающего, что за ним следят, и не знающего о том.

Понимаете, некоторые люди почти не меняются, следят за ними или нет. Однако большинство – совсем иные.