И восстанут мертвые. Смерть знахаря. Любопытство убивает

Уже спускались сумерки, но вдали отчетливо виднелись болота, по краю которых тонкой каймой вилась дорога. – Подойдите сюда. – Она передала бинокль Литтлджону и указала на темное пятно на дороге – силуэт дома, возвышавшегося над болотами. – Видите тот дом? Знаете, что это?

– Да, думаю, знаю, миссис Майлз. Я был там на днях. Это Спенклаф-Холл.

– Верно. Там Трехпалый получил свой ром, инспектор. Я заметила, как он выходил оттуда утром в день своей смерти. Я провела у окна много дней, наблюдая за болотами и дорогой.

Она вернулась к своему креслу и тяжело опустилась в него. Литтлджона поразило не только неожиданное, как взрыв бомбы, признание миссис Майлз, но и ее равнодушный будничный тон.

– Наверное, вы считаете меня бесчувственной, инспектор, раз я с такой легкостью говорю об этом. Поверьте, это не так. Но когда доживете до моих лет и вынесете все, что выпало на мою долю, вас не так-то легко будет задеть за живое. Я не убивала Сайкса, но знаю, кто это сделал… и кто застрелил его дружка Трикетта. Сайкса убили хладнокровно. Трикетта застрелил мой верный слуга, ныне покойный, Буллер, егерь. Он пытался защитить меня. А Сайкса прикончил Хейторнтуэйт.

Литтлджон быстро записал признание миссис Майлз в блокнот, опасаясь упустить хотя бы одно ее слово. Пожилая дама решила, что разговор окончен, и принялась собирать на поднос чайные приборы, чтобы экономка унесла их.

– Это еще не все, миссис Майлз?

– Разумеется, нет, но этого достаточно, инспектор.

– А вы не могли бы рассказать подробнее? Я хочу знать, как все случилось."

"– Я очень устала, и мне пора отправляться ко сну. Я уделю вам еще пять минут, но затем вам придется уйти.