И только сердце знает

Число их продолжало увеличиваться, пока наконец не достигло пятидесяти, что было более чем на руку Ранульфу. Тридцать четыре его воина должны выехать из укрытия и встретить бандитов в конце поля. Остальных же он расставил с арбалетами в руках, и они должны были стрелять во всякого, до кого долетали их стрелы. Ранульф не желал упустить ни единого бандита, а поэтому решил, что в первую очередь должен перерезать единственно возможный путь к спасению, не позволить им повернуть обратно в лес."

"Происходившее напоминало великолепную комедию.

И внезапность нападения имела наилучший результат. Когда разбойники увидели перед собой неизвестно откуда взявшуюся шеренгу всадников, преграждавших им путь, они замерли и изумленно уставились на воинов. Прошло какое-то время, прежде чем они осознали, что случилось, и повернули обратно к лесу. Однако разбойники уже успели миновать большую часть поля, и, увидев, какое непреодолимое расстояние отделяет их от заветного леса и от спасения, несчастные просто обезумели от страха. Те из них, кто пытался прорваться к лесу, тут же падали, сраженные меткими стрелками Ранульфа, но большинство бандитов пали ниц на землю, побросав все имевшееся у них оружие, и так молили о пощаде, как будто долго готовились к атому действию комедии.

Ранульф испытывал отвращение к проявленной ими трусости, но, помня о том, что лежачего не бьют, он был вынужден принять их безоговорочную капитуляцию. И все же он не собирался отказывать себе в удовольствии свершить возмездие, именно ради которого он все это и затеял.

Эрик сказал, что пятеро бандитов из тех, что напали на них на дороге, поспешили скрыться в лесу, когда поняли, что проиграли сражение. И Ранульф собирался повесить тех пятерых вместе с их предводителем. Остальных Ранульф решил отправить в Ворхерст.

Ранульф спешился и подал Скотту знак, чтобы тот сообщил бандитам его условия. Ему не пришлось долго ждать, и уже через несколько минут вооруженный воин вернулся, но следом за ним шел лишь один человек.

Он был гладко выбрит, усы его были тщательно расчесаны, каштановые волосы аккуратно подстрижены, а длина их была даже короче, чем у Ранульфа, в общем, он ничуть не был похож на разбойника, как его представлял себе Ранульф. Ничто в его облике даже не указывало на то, что он жил под открытым небом. Этот человек отнюдь не был грязен, а одежда его пребывала в идеальном состоянии.