И в аду есть герои

 – Я просто вне себя.

– Мы все несколько удивлены легкомысленностью Рады, – заметила Всеслава. – Но это не повод для оскорблений.

– Я хочу принести этой… фее свои извинения, – громко сказала Милана, глядя в окно. – Уверена, она их примет и не захочет вызвать меня на поединок.

Желающие связываться с воеводой элитного боевого подразделения не встречались даже среди жриц Зеленого Дома.

– Вы правы, вы абсолютно правы… простите меня… – Рада почти рыдала. – Я виновата… Но я смогу… Я найду его!

– Как?

– Я читала его память! Я знаю, где он будет сегодня вечером!

– Воевода Милана, – холодно приказала королева.

 – Вы будете сопровождать Раду. Необходимо доставить сюда этого чела и узнать, где именно производится Золотой Корень.

– Да, ваше величество, – по-прежнему глядя в окно, ответила Милана.

Фея горько вздохнула.

– Идиотка! Глупая малолетка! – Когда за подданными закрылась дверь, Всеслава позволила дать волю чувствам. – Как могла эта крыса забыть обо всем?! Даже у Красных Шапок хватило бы ума притащить чела в Зеленый Дом!

– Девушка просто растерялась, – поморщился Мечеслав.

 – Уверен, она уже видела, как ты надеваешь на ее пустую голову диадему благородной фаты.

– Если бы навы узнали о таком проколе, они бы подняли нас на смех!

– У них еще будет повод посмеяться.

Королева замолчала и подошла к фавориту:

– Ты чем-то обеспокоен?

– Чуть-чуть.

– Мы стоим на пороге величайшего этапа в истории Зеленого Дома, – тихо сказала Всеслава. – Наши имена впишут в нее золотыми буквами.

Не обращай внимания на глупость вассалов – так было всегда. Мы должны быть выше.

Рука королевы скользнула по щеке барона. Он машинально обнял ее гибкий стан, притянул к себе и заглянул в огромные зеленые глаза:

– Я думаю не об этом.

– Тогда что тебя беспокоит?

– Сантьяга упустил Ктулху, – нехотя произнес Мечеслав.

– Ну и что? – пожала плечами Всеслава. – Ктулху – иерарх Кадаф, один из учеников Азаг-Тота. Нет ничего удивительного, что ему удалось ускользнуть.

Барон покачал головой:

– Не обижайся, любовь моя, но это не аргумент.

Если бы погонщика рабов упустила ты или великий магистр, я бы не задумывался об этом, но Сантьяга… – Мечеслав помолчал. – Комиссар участвовал в Большой Войне Кадаф. Я читал, что он лично расправился с Шаб-Ниггуратом.

– Прошло много времени.

Барон молчал.

– Кроме того, погонщик рабов явно не желал драться. Бегство было единственным выходом для него, и он приложил все силы, чтобы спастись.