Дерзкий

А больше некого терять.

Теперь есть.

Зачем я вообще в это все вписалась?

Куда я еду? Нахрена позволяю этому мальчику пытаться управлять мной? Это же тупость! Опасная тупость! Надо остановить. Надо назад.

— Приехали, — спокойно говорит Вадим, останавливая машину, и я удивленно оглядываюсь, осознав, что за всеми самокопаниями и метаниями не заметила, как мы свернули с трассы и вырулили куда-то в луга.

Или не луга?

— Пошли.

Вадим выходит из машины, и я тоже открываю дверь, следуя за ним.

Оглядываюсь.

Ожидания мои, что Вадим привезет в какое-то укромное местечко, куда весь город ездит трахаться, не оправдываются.

Мы поднимаемся на холм и оказываемся на высоком берегу реки, над обрывом.

И вниз открывается охренительный вид на излучину и дальше, на огни ГЭС. Вечер уже приглушает краски, но мы как раз попадаем на закат.

И солнце, уходящее за горизонт, красное.

Тихо, только кузнечики стрекочут. Рядом — ни одной машины, ни одного живого человека. И, судя по тому, что следов жизнедеятельности человека тут нет, не валяются коробки, бутылки и окурки, мало кто сюда забирается.

— Здесь обычно никого, — подтверждает мои слова Вадим, — недалеко ехать, но дорога такая… Надо знать места, знать, как проехать. И только на внедорожнике. Я люблю здесь бывать. Знаешь, города не видать, он же за спиной, и ГЭС далековато, только в темноте только огни светятся. А излучина — как на ладони. Красиво очень.

— Красиво, — эхом подтверждаю я его слова, завороженная видом. Надо же, я, вообще ни разу не романтичная особа, очень приземленная и даже циничная, никогда не заглядывающаяся на всякие там красоты природы, сейчас словно поймала волну от Вадима.

Нити реки, рассыпанные по всей излучине, отдают краснотой и розовым. А деревья с разноцветной осенней листвой добавляют нарядности.

Задумавшись, пропускаю момент, когда Вадим оказывается за моей спиной, осторожно, словно боясь, что я начну сопротивляться, привлекает, заставляя опереться о его грудь, расслабиться.

Его руки невероятно горячие, и я опять оказываюсь в их кольце. И опять ударяет непривычное ощущение безопасности.

Я знаю, что оно — ложное. Знаю, что Вадим ничем не сможет мне помочь, не сможет защитить… Но сейчас так ли это важно?

Мне сейчас не требуется его защита. Конкретно сейчас."

"— Маша… — горячий шепот на ухо, губы у шеи… — Маша моя… Такая красивая…

Меня опять плавит от его слов, совершенно безыскусных, простых, но таких нужных в этот момент.