Грех Захарова

Съел пулю, предназначенную мне. Он спас отца. Но… Я его принять не смогу. Что бы он для меня… для нас ни сделал."

"Долго мы болтаем с женщиной. А потом я гуляю во дворе. Чувствую себя в безопасности. На свободе! Захожу в дом и теряюсь. Слышу голос Эмиля. Иду в ту сторону, откуда доносится мужской баритон.

– Твоя девчонка со мной. Волноваться не стоит. С ней ничего не произойдет. Жди от меня новостей, Захаров. Не дергайся. Повторяю: с ней ничего не произойдет. Ты ее увидишь. Но если она сама этого захочет.

Я замираю, не веря своим ушам.

Что, черт возьми, происходит?

– Мирочка? – вздрагиваю от голоса женщины.

Оборачиваюсь, сразу же сталкиваюсь с ее недоумевающим взглядом. Она что, думает, я подслушиваю разговор? Стоит напротив с подносом на руках. В нос ударяет неприятный запах. Закрываю рот ладонью, не в силах сглотнуть.

Боже… Опять этот кофе…

– Тошнит? Мира, ты чего? Прямо иди.

Я еле успеваю. Включаю воду и подставляю лицо под нее.

– Мира, открой дверь! – женщина стучит в дверь. – Боже, – стонет она. – Ты, как мертвец, бледная. Пойдем на кухню. Поешь что-нибудь.

Снова к горлу подкатывает тошнота, когда она заговаривает о еде. Пару часов назад меня так не тошнило.

– Спасибо. Не голодна, – еле выдавливаю из себя. – Я во двор хочу. Свежим воздухом подышать.

– Девочка ты моя, – зовет меня тетя Нина, едва я выхожу из дома.

Поджимаю губы, увидев за ее спиной Эмиля. Нахмурившись, он смотрит на меня исподлобья. Что-то говорит женщине, и она уходит, оставляя меня наедине с Бесом.

– Захаров желает немедленно увидеть тебя.

Прикрываю глаза, вдыхаю воздух через нос. Не хочу я. Видеть и слышать никого не хочу. Тут атмосфера волшебная. Спокойная.

– У меня к тебе просьба, – взгляд на него, а потом куда-то вдаль. – Могу остаться тут на пару дней? Если гостей не будет.

– Понял, – обрывает мою речь. – Хорошо, Мирослава. Но хотя бы с сестрой поговори. Она с ума сходит. Договорились? А Захаров… Я его сюда не пущу, – очередная усмешка со стороны Эмиля.

Что между ними происходит?

– Вы в ссоре?

– Нет, – отрезает. – Я ему когда-то задолжал. А теперь он мне должен, – криво ухмыляется.

– Только не смей использовать меня в своей игре, Бестужев, – строго заявляю, сканируя его недовольным взглядом.