Грех Захарова

Все только начинается. Боль, кровь…

ГЛАВА 17

Я убегаю в ванную, закрываю дверь на замок. Схватившись за цепочку, дергаю ее со всей силы, чувствуя острую боль в шее. Цепочка рвется. Открываю воду и бросаю ее в раковину. Достаточно, Захаров. Дальше тебе слушать незачем.

– Мирослава! Открывай! – приказывает брат. Он в бешенстве. Мне кажется, догадался…

Я вжимаюсь спиной в холодную кафельную стену. Хоть в горле и застрял комок, слез нету. «Ничего страшного сейчас не случится. Матвей бил меня много раз. Буду считать, что я опять накосячила и за это расплачиваюсь», – шепчу себе под нос, то ли успокаивая, то ли готовясь…

Зажмуриваюсь.

Слышу грохот, распахиваю глаза.

– Сучка! Ты что вообще творишь? Решила против меня играть, да? А ведь я могу твою вот эту… – резкая пощечина обжигает щеку. Отшатываюсь, но даже не пытаюсь сопротивляться. Бесполезно. Я как букашка рядом с ним. Все равно побоев мне не избежать. Так пусть бесится еще сильнее от того, как я гордо вздергиваю подбородок. Смотрю в его обезумевшие глаза без капли страха.

 – Вот эту башку тебе снести могу. Сука!

Удар в плечо. Я падаю на пол, куда-то врезаюсь головой. Ничего не вижу. Только темнота и прыгающие передо мной разноцветными кружки. Где-то кричит Маша, просит брата остановиться. Но куда там…

Еще один удар, снова в лицо. Дышать становится нечем. В тесном помещении воздух испаряется.

Матвей хватает меня чуть выше локтя, заставляет подняться. Дальше… Очередная пощечина. Тяжелая такая. Снова падаю. В ушах начинает звенеть.

– Сука! Тебя давно надо было прикончить.

Захаров помешал. Иначе ты давно мертвая валялась бы где-нибудь. Тварь! Он еще расплатится. Я его…

– Господи, Матвей! Матвей, прекрати! Убьешь ее! Матвей!!! – Машка кричит, а я уже проваливаюсь в темноту. Кажется, навсегда. – Полиция! Сирены! Они… За тобой пришли!

– Вот же… – матерится сквозь зубы. – Твоих рук дело, да, Мирослава? Ты бессмертной себя считаешь, дрянь? – снова удар в лицо. Откашливаюсь, чувствуя во рту вкус крови.

– Беги, идиот! – сестра кричит еще сильнее.

Мне кажется, она даже бьет брата. Умом понимаю, что Машка хочет его отстранить от меня. И другого выхода у нее нет, кроме как отправить его из этого дома подальше, ссылаясь на ментов. Верно. Он сбежит. Ведь брату собственная шкура важна. – Уходи!

Дальше я ничего не слышу. На какое-то мгновение то ли теряю сознание, то ли еще что-то со мной происходит. Но прихожу в себя уже в гостиной. Еле открываю глаза и сразу замечаю перед собой сидящую на краю дивана сестру.