Госпожа частный сыщик

У меня есть дело как раз по вашему профилю, –  круглый коротко подстриженный ноготь уперся в газетное объявление. Точнее, в самое его начало –  “Розыск людей”. –  Но прежде всего… я бы хотел получить гарантии конфиденциальности нашей беседы. Видите ли, я… я не хотел бы обращаться в полицию именно по этой причине. То, о чем я собираюсь вам рассказать, не должно стать достоянием широкой общественности.

Я энергично закивала.

–  Разумеется! В моем деле, видите ли, конфиденциальность –  основа репутации. Никто не стал бы обращаться к сыщику, который не хранит тайны своих клиентов.

Эх, как пригодились бы сейчас отцовские артефакты! У него и канцелярские были, конечно, на все случаи жизни –  в том числе и тот, что подтверждает клятвы. В любой конторе без него –  как без рук. Увы, я понятия не имею, куда делись мебель и вещи из нашего доревилльского дома. И подозреваю, что дядя Вильгем попросту продал все, что не забрал себе. Хотя… пожалуй, стоит все же расспросить поверенного. Вот хотя бы письмо ему написать. А то и лично явиться, все равно я уже показалась в Доревилле в собственном облике.

Конечно, я говорила всем, что приехала буквально на пару дней и уже уезжаю, но ради такого дела можно и “задержаться”. А слухи обо мне с легкой руки ниссин Факстон все равно уже гуляют. Ну и подумаешь –  вместо компаньонки у меня только служанка, живу практически одна… хуже не будет. И вообще –  какой спрос со старой девы?

Но этому посетителю, так и не соизволившему до сих пор представиться, придется поверить мне на слово.

–  Хорошо, –  вздохнул мужчина. –  Мое имя Дикард, доктор Дикард. Я надеюсь… словом, это весьма, весьма деликатное дело. Понимаете ли, мне нужно, чтобы вы разыскали человека… девушку. Пропавшую.

–  Это ваша родственница? –  подбодрила я его. –  Дочь?"

"Ситуация казалась вполне очевидной. Если девушка из хорошей семьи пропала и об этом станет известно, ее репутации конец. Можно сколько угодно доказывать потом, что она не сбежала с мужчиной, а была, скажем, похищена, причем исключительно для благих целей и в сопровождении компаньонки.

Ничего удивительного, что отец заботится о конфиденциальности и не хочет обращаться в полицию.

–  Н-не совсем… то есть нет. Нет. Скорее моя… подопечная, –  признаться, тут я насторожилась, а мужчина извлек из нагрудного кармана белоснежный платок и промокнул им лысину, после чего глубоко вдохнул и пояснил, –  видите ли, я медик. И я возглавляю дом скорби, расположенный неподалеку от Доревилля.

Я чуть приподняла брови.