Господин следователь. Книга пятая

Возможно, они и не выбросят мои вещи, но лучше все упаковать и отправить на хранение в дом Десятовых. И откуда у меня столько барахла? Четыре сундука, три чемодана. А еще Нюшка упихала в две корзины мою собственную посуду, самоварчик и спиртовку с кастрюлей-кофеваркой. В дорогу возьму чемодан с одеждой и саквояж с самым необходимым. Много вещей в столицу не потащу — родители пропасть не дадут, но голым-то тоже не поедешь."

"Еще забота — кто станет получать денежные переводы из редакции? Оставил почтмейстеру доверенность, чтобы все деньги, а также почта, поступающие на мое имя, переправлялись Абрютину.

Назвался надворный советник моим другом — пусть теперь отдувается. Друзья для того и нужны, чтобы их использовать в своих целях.

Я волнуюсь, дергаюсь, окружающие тоже волнуются, переживают. И только Нюшка остается спокойной, словно атомный ледокол во льдах Арктики. Она, видите ли, готовит в Санкт-Петербург гостинцы. Я имел неосторожность сказать, что матушка выслала деньги на четырехместную почтовую карету, поэтому поедем мы в столицу не в плацкарте, а в СВ.

В том смысле, что как баре. Лучше бы не говорил! В карете на двенадцать пассажиров только пару чемоданов бы удалось пристроить, в четырехместной — благодать! А теперь… Очень боюсь, что из-за Нюшкиных сборов и нам с ней места не останется.

Привезти в столицу копченую стерлядь — куда ни шло. Когда-то монахи Воскресенского монастыря эту рыбку Ивану Грозному отправляли, а государь жаловал стерлядью иноземных послов.

Стало быть, такой подарок не зазорно товарищу министра вручить. Но все остальное?

— Анька, на кой-нам с собой картошка? А свекла с морковкой? Все продается.

— Так мы же со своей картошкой приедем, чем плохо? Вы уже взрослый человек, должны сами заботится о своем пропитании.

— Так куплю я…

— Чужое — это не то. А у Натальи Никифоровны картошка вкуснее, чем у нас. Я и всего-то пару мешков взяла, остальное соседкам вашим раздала.

— Так ты своим отвези.

— Своим я давно отвезла, еще когда Наталья Никифоровна здесь жила.

Прикинула — им на троих до нового урожая хватит. А тут оставить — все пропадет, сгниет, а вы родителей побалуете.

На кой-леший Наталья сажала столько картошки? Видимо, из-за квартирантов.

— Приеду к родителям, словно деревенский родственник, — грустно заметил я, поняв, что Нюшку не переспоришь. Вон, старательно запаковывает в бумагу и укладывает в корзину с соломой здоровенный шматок сала. Ладно, пусть. Сало я люблю.